Критическое погружение

– Не надо поднимать шума! Одно громкое слово, и мы перережем вам глотки! – посоветовал хриплый голос.

Сильные руки завернули спеленатых сетками спецназовцев в пахнущую хлоркой ткань.

Минут двадцать их несли по лесу привязанными к длинным шестам. Клим это определил по врезавшимся в тело полоскам ткани.

Едва их кинули на землю, как Гарик глухо охнул.

– Заткнись! – последовал грубый шепот.

Больно ткнув тупым предметом в ребра, еще один хриплый бас посоветовал Климу молчать, если он дорожит своим здоровьем.

Через минуту легковой автомобиль остановился рядом, едва слышно пофыркивая хорошо отрегулированным мотором.

Пленников подняли, секунд десять пронесли на руках, и вот уже брошенные на пол микроавтобуса Гарик с Климом едут по грунтовой дороге в неизвестность.

Глава 10

Два с половиной часа автомобиль трясся по грунтовой дороге. Еще час они быстро ехали по бетонной автостраде. Это Клим определил по еле заметному постукиванию шин на стыках.

Едва автомобиль остановился, как заработал вертолетный двигатель, оглашая окрестности басистым гулом.

Не снимая с пленников ткани, их закинули в открытый проем вертолета. Минуту постояв на земле, вертолет взлетел и сразу пошел круто вверх.

Еще час полета, и вертолет начал снижаться.

Еще одна перегрузка, и снова партнеры лежали на полу какого-то автомобиля.

Автомобиль, проехав пять минут по ровной поверхности, остановился.

Клима, как мешок, вскинули на плечо и бегом понесли в здание, больно стукнув бедром о косяк.

Сильные руки в два рывка, обнаружив неплохую сноровку, сдернули с них ткань и сетку. Только тут Клим обнаружил, что лежит в квадратной комнате.

Щурясь от яркого света, Клим попытался приподняться, но грубый пинок по ребрам заставил его, болезненно ойкнув, снова лечь.

– Тщательно обыщи бледнолицего! У него на ноге ножны! – приказал приятный баритон, принадлежавший мужчине лет тридцати.

– Нож я давно потерял! – попробовал вступить в беседу с похитителями Клим, надеясь получить хоть крупицу информации.

– Если не хочешь потерять пяток зубов – лучше помолчи! – предупредил тот же баритон, и на лицо Клима накинули грязную тряпку.

Людей в комнате было трое. Два здоровенных негра сноровисто обыскивали Клима и Гарика, а обладатель приятного баритона – молодой худощавый мулат – стоял, прислонившись плечом к косяку двери.

В руках мулат держал израильский «мини-«узи».