Три комнаты на Манхэттене

Будут говорить о ревности… О загубленной любви… О ненависти к сопернику, который отбил у него Николь, хотя сам он и заикнуться не смел о своей любви…

Все это станет правдой! Почти прекрасной!

А ведь до этой минуты Люска, оставаясь один и медленно перебирая свои воспоминания, испытывал лишь болезненную зависть бедного юноши, зависть Эфраима Люска, даже не зависть бедного к богатому, к Доссену, которому он добровольно согласился служить, а зависть к такому же, как он, к тому, кого он сам ввел в их круг, к тому, кто продавал книги в магазине напротив и кто перешел ему дорогу, не заметив этого…

– Все то же самое! – вздохнул Лурса.

Который час? Он представления не имел. Его поразило зрелище похоронной процессии, двигавшейся по улице. На тротуаре стояли судейские, адвокаты в своих мантиях… А позади катафалка шли люди, одни тоже в торжественном облачении, другие в трауре. И оба лагеря с любопытством переглядывались, как служители двух различных культов.

Дебаты в судейской комнате все еще шли, то и дело звонили по телефону.

Лурса – на усах у него поблескивали лиловатые капли вина – заказал еще стакан. Вдруг кто-то тронул его за локоть:

– Отец, вас зовет председатель…

Догадавшись, что Лурса не расположен идти на зов господина Никэ, Николь с мольбой поглядела на отца:

– Только на минуточку!

Он допил третий стакан и стал шарить в карманах, ища мелочь.

– Заплатите потом, господин Лурса… Ведь вы еще зайдете к нам?..

V

Бедная Карла! Как она старалась придать своей уродливой физиономии чуть ли не заискивающее выражение!

– Месье должен выйти к столу… Месье должен что-нибудь скушать…

Ей удалось даже не огорчиться, хотя на письменном столе открыто стояли две бутылки, весь пол был усеян окурками и в кабинете царила обычная для дурных дней гнетущая атмосфера.

Лурса взглянул на нее, зеленовато-бледный, нелепый:

– Хорошо… Нет… Скажите им, Фина, что я устал…

– Месье Эмиль с матушкой так хотят вас поблагодарить…

– Хорошо… Ладно…

– Значит, я им скажу, что вы сейчас выйдете?.

– Нет… Скажите… Скажите им, что я увижусь с ними как-нибудь на днях.

Николь, ждавшая в столовой, сразу все поняла, взглянув на Карлу. Она с трудом выдавила улыбку и обратилась к госпоже Маню:

– Прошу вас, не обращайте внимания.