Борьба за огонь

Нао, собрав целый ворох сухих, почти обуглившихся трав, стал высекать из камней искры. Он трудился со страстным упорством, но ничего не выходило. Напоследок его взяло сомнение: не скрыли ли от него ва какой-нибудь тайны? Мысль эта взволновала Нао настолько, что он хотел уже бросить камни, но ударил их один о другой в последний раз с такой страшной силой, что кремень раскололся пополам. И вдруг… сердце Нао замерло от восторга: на кончике одной травинки вспыхнул огонек! Осторожно раздувая пламя, уламр заставил огонек схватить сухой лист, и вскоре веселый Огонь уже пожирал всю заготовленную сыном Леопарда кучу валежника.

Неподвижный, тяжело дыша, с горящими от счастья глазами, Нао глядел на зажженный его руками Огонь. Радость, переполнявшая его сердце, была несравненно сильнее той, которую он испытал, победив серого медведя и тигрицу, похитив Огонь у людоедов кзамов, заключив союз с вожаком мамонтов и поразив вождя рыжих карликов. Он чувствовал, что получил в свои руки такую могучую силу, какой не обладал ни один из его предков, потому что отныне никакому врагу не удастся лишить Огня людей его родного племени.

Глава седьмая

Голубые люди

Долины расступались все шире. Уламры и ва пересекали страну, где осень была почти такой же теплой, как лето. Но вот перед ними выросла зеленая стена густого бора. Дремучая чаща была перевита лианами, преграждена колючим кустарником, сквозь который ва прорубали дорогу ножами из кремня и агата.

Женщина-вождь дала понять Нао, что ва покинут уламров, как только выведут их за пределы бора, потому что земли, лежащие дальше, незнакомы им.

Они знали только, что за опушкой леса находится равнина, а за ней гора, разделенная надвое широким ущельем.

Женщина-вождь сказала также, что ни на равнине, ни на горе людей нет, но в лесу обитает несколько племен. Она объяснила, что это великаны с широкой грудью и мощными руками; они не разводят Огня и не владеют членораздельной речью, не занимаются охотой и не знают войны.

Миролюбивые от природы, они приходят в ярость только тогда, когда на них нападают или кто-нибудь становится на их дороге.

В конце утомительного дневного перехода лес стал понемногу редеть. Деревья не росли уже так густо; в просветах между столетними великанами извивались тропинки, проложенные животными. Густой зеленый сумрак постепенно сменился дневным светом. Но бесчисленное множество птиц по-прежнему оглашало звонким щебетом тенистую Страну деревьев.