Борьба за огонь

Страшный рев снова потряс воздух.

– Большой лев переплыл реку, – шепнул Гав.

– Идите вперед! – повелительно ответил Нао.

Он остановился и, опустившись на колени, припал ухом к земле. Рев повторился.

– Большой лев все еще на том берегу, – облегченно вздохнув, сказал Нао, поднимаясь на ноги.

Действительно, рыкание постепенно становилось тише. Хищник, видимо, отказался от преследования и удалялся к северу.

Трудно было предположить, что на этом берегу реки водятся другие львы или тигры.

Серые медведи, редко встречающиеся даже в той местности, где Нао убил одного из них, никогда не заходили так далеко на юг. А втроем уламры не боялись ни леопарда, ни большой пантеры.

Они долго шли в молчании ночи. Хотя дождик прекратился, мрак оставался таким же густым и непроницаемым. Плотная завеса облаков скрывала звезды. Только болотные огоньки вспыхивали над водой и тотчас же угасали.

Изредка в темноте слышался храп какого-нибудь животного. Ослабленные расстоянием, откуда-то доносились лай, рычание и визг охотящихся хищников.

Уламры часто останавливались, прислушиваясь к отдаленным шумам и принюхиваясь к запахам, которые доносил до них ток ночного воздуха.

Наконец Нам и Гав начали уставать. У Нама заныла больная нога, раны Гава снова воспалились. Надо было срочно искать пристанища на ночь. Но Нао упорно продолжал идти вперед. Так они прошли еще около четырех тысяч локтей.

Воздух снова стал влажным, потянул свежий ветерок.

Уламры поняли, что где-то поблизости находится большая масса воды.

Вскоре они убедились, что не ошиблись.

Кругом все казалось спокойным; тишину нарушали только редкие шорохи. Это убегали испуганные приближением людей мелкие зверьки.

Нао выбрал наконец для привала подножие огромного тополя. Это дерево, конечно, не могло служить защитой в случае нападения хищников, но в темноте нечего было и думать о поисках более надежного, не занятого никем убежища.

Мох под деревом был пропитан водой, словно губка; погода стояла сырая и холодная.

Но первобытные люди, закаленные суровой жизнью, были так же мало чувствительны к переменам погоды, как и все другие обитатели саванн и лесов.

Нам и Гав растянулись у подножия тополя на мокром мху и тотчас же погрузились в глубокий сон. Нао бодрствовал, охраняя их. Сын Леопарда не чувствовал усталости – за дни сидения в осаде он как будто накопил сил для дальних походов, трудов и битв.