Последняя сила Майлун

Этого просто быть не может! – чуть ли не забилась в истерике девушка.

– Тише, тише, милая, – умоляюще запричитала женщина. – В детстве твой дар начал проявляться, и твоя бабушка скрыла это от лишних глаз. Я совершенно не понимаю ничего в этом, но она сказала, что на тебе печать скрытия. Это сбережёт тебя, пока ты юна и не можешь осмысленно владеть своим даром. Но, когда придёт время, эта сила вырвется из тебя и ты будешь не в силах её скрыть. Ты неопытна и рядом никого нет, кто может тебе помочь. И я боюсь. – Она ухватилась за её руки.

 – Я так боюсь, тебя потерять.

Гретель словно камень проглотила. Не могла вымолвить ни слова. Поскольку никогда не слышала о своей бабушке и о том, что она была ведьмой.

– Я так виновата перед тобой, но я лишь хотела сохранить твою жизнь. – Глаза женщины залились слезами.

– В чём ты виновата, мама? О чём ты говоришь?

Агнет уставившись в одну точку, поджимала трясущиеся губы, прикрыв глаза.

– Мама, почему ты молчишь? Где же сейчас Сесилия?

– Сесилия очень далеко.

Она покинула эти места, когда тебе было около шести лет. Уехала в новое место, где её никто не знает и кем она является. Сейчас она должно быть в безопасности, если конечно жива, – выдохнув, женщине тяжело давался этот разговор. – Мы приехали сюда, когда ты была совсем малышкой.

– Меня будто ледяной водой окатили, мама. Все это так неожиданно. Почему же ты не рассказала мне раньше?

– Ты уже большая и можешь меня понять. Да и больше не было времени оттягивать этот разговор.

Тебе лучше знать всё сразу.

– Что же тогда мне делать?

– Мы должны уехать, должны отправиться к моей матери. Там у нас хотя бы будет шанс. Она поможет тебе, – Агнет выдохнула. – Нас больше ничего не держит здесь. Твой отец покинул нас. Дождёмся, когда Томас немного поправится и поедем.

– Хорошо, мама, просто странно, что я совершенно не чувствую никакой силы внутри, даже ни намёка.

– Тшш, – мать поднесла палец к губам. – Всюду уши и глаза, не забыла?

Она качнула головой.

– Сесилия не зря постаралась, скрыла всё тщетно глубоко в тебе, что ты сама этого не чувствуешь.

– И её я совсем не помню…

– Это тоже её рук дело. Ты уже была не такая маленькая, чтобы совсем не помнить. Она просто облегчила твою ношу, так как очень любила тебя, порой казалось, даже больше меня, – женщина улыбнулась первый раз, за долгое время.

– Ты скучаешь по ней? – взглянула на мать Гретта.