HOMO Navicus, человек флота. Часть вторая

С ножами на боках и верхнем плавнике. Кстати, дельфин – второе опаснейшее по агрессивности млекопитающее, после акулы. Касатка на третьем месте. А у страуса глаз больше мозга. А у питона два (!) пениса! И оба штопором! Как он их вкручивает? А пингвин не жрет сто дней…

А куда это меня понесло? Серьезнее надо, представительнее. Про ежей потом расскажу, потерпите. Так вот…

Закопавшись на пляже в песок, услышал, как его группу взяли америкосы. Они и по нему ходили. По Вану. Америкосы. Искали… Ван лежал в песке трое суток.

Дышал через тростинку. Черепашьи яйца в этом песке жарились через час. Не знаю. Молчу. О яйцах Вана. Он стал героем Вьетнама. Мы с ним в академии вновь встретились. Вроде все было в порядке. С яйцами. Проверено.

Когда патрули снизили бдительность, Ван прикрепил три магнитных мины к корпусам американских кораблей… А потом вернулся в базу: еще сорок километров вплавь по реке против течения без снаряжения.

А потом их вьетнамские ребята пошли в наступление! Ли-си-цын, Су-хо-вин, Вой-тен-ко.

Пехота, спецназ, авиация!

Да ладно, не придирайтесь. Порт захватили. Первым делом испортили гидравлику пирсов, за счет которой к ним даже авианосцы могли швартоваться… Поднимались пирсы до нужной высоты. Извращение! А не надо нам этого! Начали жить и устраиваться. Пришли советские корабли. Подоспел и тральщик с Косточкиным.

Вьетнамские офицеры были доброжелательны и учтивы. Только одно удивляло: в субботу-воскресенье их снимали с довольствия, и они рыскали по побережью. А потом с палкой на плече, на которой висел добрый десяток крупных ящериц, гордо возвращались домой.

Семью-то кормить надо, как вы думаете? Наши их подкармливали хлебом и консервами. Отсюда и дружба была, через желудок, а не общность идей…

Ах, это теплое море! Золотой песок… Загорать, купаться! А вода +29! Косточкин нырнул в теплое, как свежесваренный компот, ласковое море.

А что это за эти бульбашки и фонтанчики вокруг! Что?! По мне стреляют? Шире замах рук, ногами работай! С берега отчетливо грохотали очереди с калаша…

Буре плакал бы, узнав Женькин результат.

Когда он на вспененной волне и килограмме адреналина выбросился на берег, вьетнамец Ли улыбался.

– Хорошо плаваешь, быстро. Это я стрелял. Тренировка!

Так и дружили.

Ночью прибрежные джунгли грохотали выстрелами из автоматов, красножелтыми вспышками и оранжевыми сполохами гранат… Южный Вьетнам боролся с Северным.

Наши корабли усиливали вахту и сокращали время сброса гранат ПДСС.