HOMO Navicus, человек флота. Часть вторая

Деньги есть, делиться ими ни с кем не надо. Отдельная каюта, островок независимости. В кают-компании кормят, и вкусно. И четыре раза в день. Кино, понимаешь, три раза в неделю. И никаких тебе «а ты билеты купил? А моя шубка уже не модная, в чем мне идти?» Сидишь в куртке, смотришь себе… А если попку Яковлевой в «Экипаже» не рассмотрел, скажешь киномеханику. Он перекрутит назад и повторит пикантный эпизод.

Компания хорошая, интересная в общении, спешить никуда не надо. Дети по ночам не орут. Никаких пеленок.

Во время «большого Сида», с пятницы по понедельник, – преферанс в каюте помощника командира по снабжению, возлияния без излишеств, деликатесы консервные. Ну сосиски, компоты, севрюга в томате, которую в магазинах не продают, карбонат, икорка. Рубашки, 22 коп. за штуку, стирает матрос, заведующий прачечной. Носки и трусы можно не стирать, а выбрасывать в иллюминатор, одевая новые, с бирочками, купленные про запас в поселковом магазине.

Все по распорядку, не то что дома. То «кран потек, сделай», то «мусор вынеси», то «к маме хочу».

Одни проблемы.

А на корабле краном трюмный займется, мусором – матрос, приборщик каюты. И про «маму» только в беспокойном сне в кубриках кричат. Хотят к ней, конечно, но терпят.

И пусть личный состав создает проблемы, но им, в отличие от жены, можно управлять.

А на берегу… Песня!

Передвигаешься быстро, на такси. Все успеваешь. Одно плохо – вечно перчатки в машине забываешь, новые покупать приходится. Каждую неделю.

А зам после трех недель «Сида» за него дает три дня, в лучших военных традициях, – на разграбление города.

Беру только натурой.

На голове пушистая лисья шапка Сереги трюмного, под его же нейлоновой японской сине-красно-желтой нейлоновой курткой – военный альпак. Брюки, соответственно, флотские. Гостиница и ресторан «Авача».

Папоротник соленый и маринованный. Салат из кальмаров. Чтоб мясо и рыба были- не помню. Напьешься, потанцуешь, «снимешь» кого-нибудь.

Иногда подерешься для развлечения и разнообразия.

А тебе потом ссадины нежно промоют какой-то жгучей гадостью… А потом наградят собой…

Эх, жизнь была! Приключения, понимаешь.

Какие? А вот в качестве примера.

В такси с ночным зеленым огоньком, последнем и позднем, из поселка Завойко, в которое ты подсел, – девушка. И ее голова склоняется на твое плечо, и через минуту вы уже целуетесь и едете к ней. И утром, чтоб не встретиться с родителями, ты выбираешься через окно первого этажа.