На службе у Ее Величества Смерти. Орден Харона

Великан с бритым черепом и грубым лицом наблюдал за игрой в карты, его губы нервно дергались каждый раз, когда кто-нибудь из игроков делал ставку. Чуть дальше курила трубку какая-то женщина: поношенная юбка танцовщицы виднелась из-под небрежно наброшенного на плечи мужского пальто. Вокруг смердело дешевым табаком. Несколько болтавшихся на улице пьяных матросов широко оскалили редкие зубы, завидев у притона девушку.

– Эй, рыжая! Подойди-ка сюда. Тебе нравятся моряки? Я столько историй могу тебе порассказать, ну же! А может, и бутылочку разопьем, а? Что думаешь?

Элизабет вздохнула.

Она ненавидела такие места, но ничто не могло остановить начинающую журналистку, когда та шла по следу. Местные пьянчуги были не из лучших собеседников. Под громкий хохот моряков девушка свернула на ближайшую улочку.

Вдруг она услышала голос, который узнала сразу – Уильям Уорд. Однако Элизабет не понимала, откуда этот голос доносился. Соседний переулок казался пустым, звуки отскакивали от стен и рассеивались по всей округе.

Но вот она услышала его снова. Элизабет пришла сюда, чтобы повидаться с Уордом, и не собиралась уходить ни с чем. Неожиданно до нее донесся другой голос, незнакомый, но очень властный, и ей показалось, что тот человек разговаривал с Уордом.

Может, они ссорились? Любопытство юной девушки разыгралось еще сильнее. Она подошла ближе. Кажется, разговаривали позади дома. Ночь уже наступила, и окутавшая улицу мгла укрепила Элизабет в уверенности, что ей удастся спокойно спрятаться в темноте, оставшись незамеченной.

– …Обязательно тебе в дерьме копаться, – произнес хриплый голос, заглушенный каким-то шумом, который девушке не удалось распознать.

Она оглянулась, чтобы убедиться, что никто за ней не наблюдает, и прошла чуть дальше вдоль обшарпанной стены, нервно откидывая со лба прилипшие рыжие пряди.

– Не мог и дальше тихо сидеть со своими опиумными склянками, Уилли? Зачем ты вернулся к делам?

Теперь девушка отлично слышала хриплый голос, и ей стало тревожно. Было очевидно, что мужчина угрожал Уорду – она в этом убедилась.

Ее сердце бешено заколотилось. Элизабет даже не понимала, от страха или же… по какой-то другой причине. Вдруг она поняла, что подобралась к ним достаточно близко, чтобы видеть происходящее.

– Теперь тебе не так любопытно, а? Делишки парламентариев уже меньше интересуют?

Хрип раздавался всё громче и громче, затем Элизабет услышала стоны. Она задержала дыхание. Уильяму не просто угрожали. Ему причиняли боль.