Путь к тебе

– Почему вы не пришли? – она говорит тихо, но в ее словах упрек и отчаяние. – Я вас ждала.

Глядя на нее, такую худенькую и несчастную, я остро ощущаю свою вину, но пытаюсь оправдаться.

– Кира, я звонил тебе, ты не отвечала.

Она отводит взгляд и опускает голову, всхлипывает и пытается вытереть ладошкой бегущие слезы.

– Я… я телефон дома оставила…

– Понятно…

Я подхожу к ней.

– Кира, возможно, тебе дадут еще один шанс выступить. Я разговаривал с жюри. Они посоветуются во время перерыва и…

– Я не буду выступать! – ее голос срывается.

 – Я на остановке вас ждала…

– Но я же предупредил тебя, что могу не подъехать вовремя…

– Но вы и на конкурс опоздали. Я вас до последней минуты ждала.

– Извини, я… ну, так получилось… Там пробка была… Давай еще раз попробуем. Я подойду к жюри…

– Нет!

– Ты столько времени к этому конкурсу готовилась. Неужели все зря? Сейчас будет перерыв, я подойду и еще раз переговорю с членами жюри. Уверен, что тебе разрешат выйти и выступить.

– Нет!

Кира закрывает лицо руками и начинает рыдать. Я в растерянности.

– Кира, перестань. Думаю, еще все можно исправить. Ведь ты столько работала. У тебя все замечательно получается.

Но Кира, не отнимая рук от лица, отрицательно трясет головой. Очень хочу попытаться уговорить ее на выступление, но какое-то внутреннее чувство подсказывает мне, что это бесполезно. Она может быть упрямой. Ее тоненькие плечи содрогаются от всхлипов. Она такая хрупкая, худенькая, беззащитная.

И я подвел ее. Мне очень больно видеть ее в таком состоянии и осознавать, что все это из-за меня. Я беру ее за плечи и притягиваю к себе. Ее белокурая головка едва достает до моей груди. Кира такая маленькая… И я вспоминаю, что у нее нет отца… Она прижимается ко мне, но по-прежнему не убирает рук от лица, а я одной рукой глажу ее по удивительно белым, немного волнистым волосам, а другой прижимаю за плечи к себе. Мы стоим так достаточно долго, и она постепенно успокаивается, всхлипывая все реже и реже. Через некоторое время она вытирает заплаканное лицо рукавом свитера но, все также продолжает прижиматься ко мне, уже держась руками за края моей расстегнутой куртки.

– Ну что, домой поедем? – спрашиваю я.

Она кивает. Покрасневшие и припухшие от слез глаза, как всегда опущены. Помогаю ей собрать вещи, беру ее сумку, и мы идем к машине, садимся и едем. Кира поворачивает голову и смотрит на меня.