Обретая тебя вновь

На мне было красное платье и чертовы угги, которые вечно скользили на дорожке к его дому, что я едва не выронила торт.

Я укутанная в красный кашемировый шарф и в ободке с ушками в виде снежинок, позвонила в звонок. Но никто не отвечал. После пары попыток достучаться, дверь наконец-то открылась, и я громко вскрикнула: – С рождеством!

Но его лицо выдавало всю неуклюжесть этой ситуации. Он шмыгнул за дверь на улице в одном темно зеленом халате, что меня весьма удивило. Почему он не пригласил меня внутрь, а вышел сам наружу?

Его глаза суетливо бегали по мне и улыбка поползла вниз.

Все еще держа торт в руках, я бегло осмотрела его в полумраке. Домашний халат, который оголял быстро вздымающуюся грудь. И его волосы, что были взлохмачены.

Его тщетные попытки оправдаться, и попытка взять меня за руку. Но стоило признать, он сознался. Он изменил мне в наше совместное второе Рождество вместе. Глубоко вздохнув, Том, рассказывал мне о том, какая же я чудесная и потрясающая, но кажется он уже пару недель был с другой.

Рассказывая о своей влюбленности, я даже не стала дослушивать и просто вмазала ему этим красно-зеленым тортом прямо в лицо. Катись к черту, Том!

Задумавшись я качнула головой.

– Милли, эй.

– Да, я слушаю.

– Куда ты планируешь пойти работать?

Ох, работа. Я даже не знаю, все кажется таким запутанным. Теперь я вовсе не знаю, после этого инцидента на прошлой работе, где долбанный босс кричал мне вслед, что напишет ужасное сопроводительное письмо.

И что же он там укажет?

Как после рабочего дня решил пристать ко мне. Как он прикрыл дверь и шел прямо на меня, пока я, как дурочка улыбалась ему все еще не понимая, что происходит. Но сознание пришло, когда его рука легла на мое бедро. Улыбка моментально сползла с лица, и я отшатнулась. Обогнув стол, я скинула бумаги со стола и это превратилось в гонки кошки и мышки. Только вот мне удалось обыграть его. Я как ошпаренная выскочила из его кабинета.

И на следующий день подала заявление об увольнении. Ужасно не хотелось, чтобы, кто-либо узнал. Хотя может стоило бы огласить это? Чтобы никто больше не не попался в его ловушку.

В любом случае, он пригрозил, что отныне меня не возьмут никуда на работу. Его рекомендации дадут о себе знать. И это меня признаться, пугало.

– И вообще, – Келс вновь заговорила. – Нужно было засудить этого идиота. Как он только посмел.