Роялистская заговорщица

 – Я поражен, что граф Тремовиль, который пользовался доверием, скажу больше, дружбой короля, не сломал своей шпаги… Сегодня утром я узнал, что четвертый корпус армии Бонапарта на обсервационном пункте недалеко от границы, и что было отдано приказание офицерам и отряду, вызванному в Париж для этого маскарада на Шан-де-Мэ, немедленно присоединиться к нему… Верно ли это?

– Совершенно… Продолжайте…

Лорис слегка покраснел, что с ним бывало всегда, когда он не желал бледнеть:

– Я не считаю себя вправе осуждать, ни даже оспаривать поступков де Бурмона, генерал-лейтенанта короля, ныне состоящего на службе у господина с Корсики… Он принял от Бонапарта генеральский чин, и, я помню, его величество не вменил этого ему в вину.

Но то, что он еще раз переступил порог Тюильри, когда им завладела шайка революционеров, что он решается идти с оружием в руках против наших союзников, против наших друзей, защитников короля, – вот этого я не в состоянии понять! Как можете вы связываться с таким сбродом, рискуя сражаться рядом с Неем, с этим изменником из изменников, и со многими другими подобными, которым предстоит быть расстрелянными? Откровенно говоря, граф, вы, который знаете мои взгляды, знаете мои чувства преданности к нашим королям, конечно, не удивитесь, что в данную минуту у меня нет охоты чокаться стаканом с таким… забывчивым человеком.

Хорошо было это смягченное выражение. Тремовиль был несколькими годами старше Лориса. У него была одна из тех физиономий, которые не подкупают – низкий лоб, маленькие глаза щелками, бледные губы.

Он, улыбаясь, выслушал молодого человека, который, очевидно, старался быть все время вежливым.

– Милейший Лорис, – начал он, – не удивляюсь вам, я сам задавал себе ваш вопрос.

– Будет ли нескромно спросить, что вы себе на него ответили?

– Я ненавижу и презираю этого узурпатора совершенно так же, как вы его ненавидите и презираете.

– И вы ему служите?

– Я служу де Бурмону.

– Который исполняет приказания Наполеона.

– Откуда вы это знаете?

Их реплики перекрещивались, точно шла дуэль на словах.

– Вы еще молоды, виконт, – продолжал Тремовиль покровительственным тоном, – и вы судите о людях и о вещах со всем пылом юного сердца… Как вы сами только что сказали, граф де Бурмон предоставил достаточно доказательств своей честности, чтобы мы дерзали его обвинять… Король – лучший судья своих слуг, и я смею вас уверить, что его величество разрешил де Бурмону сохранить его пост в армии.