Михаил Строгов (сборник)

– Очень высок!

– И очень красив собой, не правда ли? Ну, отвечай же мне, дочь моя!

– Он был очень красив, – отвечала Надя, вся покраснев.

– Это был мой сын! Говорю тебе, это был мой сын! – вскричала старуха, обнимая Надю.

– Ваш сын? – отвечала страшно изумленная и смущенная Надя. – Ваш сын!

– Ну расскажи же мне все, – продолжала Марфа, – все до конца. Твой спутник, твой друг, твой покровитель, имел он мать? Разве он никогда не говорил тебе о своей матери?

– О своей матери? – сказала Надя. – Он говорил мне о своей матери так же, как я рассказывала ему об отце, часто, постоянно! Он обожал свою мать!

– Надя, Надя, ты рассказала мне историю моего сына, – сказала старуха.

 – Скажи же мне, проходя через Омск, он не должен был видеться со своей матерью?

– Нет, – отвечала Надя, – нет, не должен был.

– Нет? – воскликнула Марфа. – И ты смеешь мне говорить: нет?

– Я вам сказала «нет», но я должна прибавить, что по каким-то причинам, очень важным, но мне неизвестным, я думаю, что Николай Корпанов должен был проходить через Сибирь, сохраняя глубокое инкогнито.

Это был для него вопрос жизни и смерти, нет, скорее вопрос долга и чести.

– Да, ты права: это был его долг, великий долг, – проговорила старая сибирячка. – Долг, для выполнения которого жертвуют всем, отказывают себе во всем, даже в простой радости прийти и поцеловать, быть может, в последний раз старуху мать. То, что тебе неизвестно, Надя, и то, что было до сих пор и для меня тайной, – теперь я узнала! Твой рассказ открыл мне все.

Но тот свет, что ты пролила мне в душу, я не могу поделиться им с тобой! Если сын мой не открыл тебе своей тайны, то и я не вправе открывать ее. Прости мне, Надя! Я плачу тебе неблагодарностью за всю доброту твою ко мне.

– Мать, – отвечала Надя, – я не спрашиваю у вас ни о чем.

Да, теперь для старой сибирячки все стало ясно, все, даже странное поведение ее сына в Омске, в присутствии посторонних свидетелей их встречи. Не было сомнения, что спутник молодой девушки был не кто другой, как Михаил Строгов.

Какое-нибудь тайное поручение, быть может, важная депеша, которую он должен был отвезти через завоеванную страну, заставила его скрывать свою должность царского курьера.

«Ах, мое дорогое дитя, – думала Марфа Строгова. – Нет, я не предам тебя, никакие мучения не заставят меня признаться в том, что я видела в Омске своего сына!»

Глава III. Долг платежом красен

Таковы были теперь отношения между Надей и Марфой Строговой.