Пятнадцатилетний капитан (адаптированный пересказ)

– Как, кузен Бенедикт! – с притворным ужасом воскликнула миссис Уэлдон. – Неужели вы и Динго намеревались зачислить в отряд двукрылых или перепончатокрылых?

– Нет, конечно, – вполне серьезно ответил ученый.

– Но ведь Динго, как я слышал, был подобран на африканском побережье!

– Совершенно верно, – подтвердила миссис Уэлдон. – Том слышал, как об этом говорил капитан «Вальдека».

– Так вот… я считал… я надеялся… что на этом животном найдутся какие-нибудь насекомые, свойственные только африканской фауне…

– Вы неисправимы, кузен! – всплеснула руками миссис Уэлдон.

– Например, на нем могла бы оказаться какая-нибудь особенно злая блоха еще неизвестного, нового вида…

– Слышишь, Динго? – с иронией в голосе протянул капитан Гуль. – Слышишь, пес? Ты не выполнил своих обязанностей!

– Но я напрасно вычесал ему шерсть, – продолжал энтомолог с нескрываемым огорчением. – На Динго не оказалось ни одной блохи!

Все дружно рассмеялись. Поистине, кузен Бенедикт необыкновенно скрашивал однообразие плавания.

Надо сказать, он пытался посвятить Дика Сэнда в тайны энтомологии, но юноша тактично уклонился от этой почетной обязанности. Тогда ученый начал читать лекции неграм. Через некоторое время Том, Бат, Остин в Актеон стали исчезать с палубы, едва кузен Бенедикт выходил из своей каюты.

Почтенному энтомологу пришлось довольствоваться единственным слушателем – Геркулесом. Кузен Бенедикт обнаружил у него способность с одного взгляда отличать паразитов от других насекомых. Великан негр жил теперь окруженный жуками-кожеедами, жужелицами, щелкунами, рогачами, жуками-могильщиками, долгоносиками, навозниками, божьими коровками, короедами, хрущами и зерновками, собранными в Новой Зеландии.

Геркулес внимательно осмотрел драгоценную коллекцию кузена Бенедикта и ни разу не перебил ученого, который пылко расписывал ему достоинства своих хрупких насекомых. И хотя сердце энтомолога замирало от страха, видя свои бесценные экземпляры в толстых и крепких, как тиски, пальцах Геркулеса, великан ученик так осторожно обращался с ними, что профессор решил рискнуть.

Пока кузен Бенедикт просвещал Геркулеса, миссис Уэлдон учила чтению и письму маленького сына. Вместо традиционной азбуки она объясняла Джеку алфавит с помощью деревянных кубиков, на которых были написаны большие красные буквы. Эта игра послужила причиной одного странного происшествия на борту «Пилигрима».

Утром 9 февраля Джек полулежал на палубе и составлял из кубиков какое-то слово.