Женщины

– Так вот, – Альбина снова заговорила, – сначала мы возили туда памперсы, детское питание, одежду и прочее – ты сама знаешь, сколько всего нужно, – на слове «ты» Альбина в очередной раз запнулась. Нелегко ей давалось такое обращение. – Однажды руководитель отделения новорожденных – она всегда у нас принимала помощь и общалась лично – спросила, может ли кто остаться на ночь, подежурить. Зима была, персонал болел. Рук не хватало. – Альбина глотнула вина.

– Ты понимаешь? – голос Альбины дрожал. Алла чувствовала, как в подруге нарастает волнение.

 – Днём там много народу – персонал, нянечки, врачи, какие-то социальные службы постоянно снуют, а вот вечером… Когда рабочий день у всех заканчивается – коридоры пустеют. Такое ощущение, что жизнь вымирает. Пусто, очень-очень тихо и темно. Только приглушённый свет в коридорах, да стрекот какой-нибудь поломанной лампы на потолке. Обычно дежурит одна, иногда две нянечки. А там малыши! Понимаешь? – Альбина не стала дожидаться реакции от Аллы.  – Совсем крошки. В основном от пару месяцев до года. На этаже 5 боксов, в каждом боксе по 7 человек. И это только у нас. Ну в смысле, на нашем этаже. Они, эти крошки, чувствуют, когда все расходятся, понимают, что остаются одни и затихают. Словно жизнь в них затихает. Они редко плачут, редко кричат или о чём-то просят. Тишина. А они живые! – голос Альбины стал звучать громче и резче. – Понимаешь?! Живые! Они хотят пить, они хотят есть, а самое главное – они хотят, чтобы кто-нибудь взял их на руки, подержал, крепко прижал к груди… Им надо слышать стук сердца, сердца родного человека. Они хотят, чтобы их поцеловали, хотят чувствовать тепло. Понимаешь? Они хотят тепла! Они живые! Но такие крохотные! Забытые всеми. Никому не нужные. Им нужно наше тепло! – даже в тусклом свете бара было видно, как глаза Альбины наполнились слезами. Алла же вспоминала, как по ночам иногда плакала её дочь. А потом малышка успокаивалась, стоило взять на руки. Как дочь протягивала к ней маленькие ручонки, как она любила класть кудрявую головку на плечо мамы или папы и так засыпать самым крепким и спокойным сном. И Алла очень хорошо понимала, о чём говорит Альбина. И сердце начинало быстро-быстро колотиться, а в глазах нестерпимо пощипывало от потёкшей туши.

Альбина немного успокоилась. Алла попросила официантку принести воды. Девушки молчали. Каждая думала о своём.

– Ну вот, – внезапно начала Альбина.