Виктимность

– Да, я ее тоже видела.

– Наверное, как вампир питается детской энергией. И как таких вообще допускают к преподавательской деятельности?

Сев на переднее сиденье машины и отложив цветы назад, Лиза открыла зеркальце и поправила повязку. Она всеми силами старалась в этот день выглядеть хорошо, чтобы доказать себе, а заодно и присутствующим, что ее мир не разрушен. Черная тонкая полоска ткани покрывала ее убранные в пучок волосы, глаза были аккуратно подведены в стиле 60-х. Все это она завершила пшиком духов, который он подарил ей на первый День святого Валентина.

– Ты знаешь, как туда ехать? – спросила она маму, которая заводила машину.

– Да, это недалеко от работы. Я там не раз была. Как ты себя чувствуешь?

– Нормально, – закусив щеку, ответила Лиза.

Их машина ехала по пробитой ямами дороге в полной тишине. Мимо проносились старые, ржавые здания промзоны, затем гаражи, дачные общества, и после они оказались на прямой дороге к кладбищу.

Вдали виднелись калитка и надпись на ней: «На себя надейся, на Господа не плошай». Лина припарковалась, и они принялись ждать остальных.

– Лизунь, запомни несколько правил. Когда мы проедем или пройдем, как получится, через калитку, обязательно скажи: «Со здоровьем пришла, со здоровьем ухожу». Затем, когда мы будем отходить от могилы, ни в коем случае не оборачивайся. Попрощайся и иди к машине. А дома обмой водой туфли, прими душ и помой голову.

И обязательно всю, абсолютно всю одежду, что на тебе постирай, хорошо? – сжимая руль, да так, что костяшки побледнели, спросила мама Лизу.

– Да, конечно, – Лиза знала о суеверности мамы и сама в связи с последними событиями начала в них верить.

Сзади них, разогнав колесами облака пыли, припарковалась изумрудная «девятка», из которой вышли несколько молодых людей. Среди них была статная стройная шатенка по имени Алёна, ее давний стилист, у которой работал Женя, небольшого роста, с лисьими глазами и розовыми, цвета персика, щечками, Яна, она же Утка, и несколько клиентов.

Все они были друзьями Жени. Они подошли друг к другу и долго обнимались.

– Как ты? – спросили они ее сквозь черные очки.

– Нормально. Держусь, – сомкнув руки в замок и пытаясь приободриться, ответила Лиза. Она не хотела подавать виду, что ей плохо, потому что многие из их знакомых не понимали причины ее печали.