Последняя ночь моей убогой жизни

 – Скотина последняя вот, значит, как, да?! Исподтишка, да?! А ВОТ ХЕР ТЕБЕ!

– Сукины дети, – поддержал друга Юрий, надламывая руки Алтуна за спиной.

– Владик, пожалуйста, не надо! – крикнула Ира. Пытаясь унять мужа, она хотела схватить его сзади, но он ударил её локтем, отчего она повалилась на кровать, схватившись за нос. Из него текла кровь, которая начала капать на белые простыни, создавая тем самым изящный контраст цветов. Женщина заплакала и выругалась довольно креативными выражениями разных мастей.

– Ублюдок! – крикнул Хэнк, а затем сильно лягнул Владислава в колено, отчего последний издал звук боли и согнулся, но почти сразу же привстал, держась за ногу. Не знаю почему Хэнк решил, что сможет совладать с мужиком чуть ли не вдвое крупнее него, но не успел он подняться, как русский вмазал ему ногой по животу и схватил пистолет.

– Сукин сын. Я хотел вас просто помять, но вот за это… сука… вот за это… – тяжело дыша, красный как рак, Владислав притих, чтобы пораскинуть своими небольшими мозгами, – Вот значит, как всё будет.

Сейчас мы все тихо выйдем из отеля, после чего вы сядете с нами в машину и будете молить, чтобы я убил вас быстро и безболезненно. Потом мы вас убьём, и похороним в могилах, которые вы сами же себе и выроете. Парни! – крикнул он и мы с Софией, так же, как и Хэнк, лежа от боли на ковре в коридоре, высунули головы из-за стены и увидели, что трое мужиков входят в номер.

– Уф, Малик… надо что-то делать… – сказала София, держась за живот.

– Я думаю… – пыхтел я.

– Отдубасить их как следует, – приказал Владислав, всё ещё направляя на Хэнка дуло пистолета. – С тобой я потом разберусь, дрянь, – сказал он жене, которая всё ещё лежала на кровати, держась за нос.

– Сволоть! – ответила она, но оскорбление прозвучало невнятно из-за крови, забивающей её славный носик.

Трое мужиков уже были готовы избить нас, и мы всё ждали, что сейчас Алтун предпримет что-то, использует магию, какие-то сверхъестественные способности и спасёт нас, но его, как и Хэнка, попросту начали вздрючивать.

Никаких чудес не происходило. Он беспомощно валялся на полу и выл от боли.

– ПОМОГИТЕ! – крикнул я, не зная, что ещё делать. – СПАСИТЕ! – заорал я во всё горло, надеясь на охрану или постояльцев, но оказалось, что никого не было рядом и мне даже почудилось, что по коридору пролетело перекати-поле.