Последняя ночь моей убогой жизни

Ты всегда будешь одиноко плестись рядышком, воздыхать и ощущать это гадкое чувство внутри – ненависть к самому себе из-за зависти к чужому счастью. Посмотри, как они обнимаются. Да, возможно, это не навечно, но сейчас они тут вдвоём. Сейчас они счастливы. Им хорошо. А ты, как и всегда, один.

София обернулась и хотела возразить, но я не желал выслушивать её гневный протест. Я мысленно остановил её, отчего девица закрыла уже раскрытые губы, грустно взглянула на меня и приуныла из-за нашей общей боли – боли одиночества.

Именно так Дэмиан и выходил из теней, в которых я тщательно пытался его спрятать, манипулируя мною словно неодушевлённой марионеткой. Он становился мной и руку, которую он запихивал глубоко в мою задницу, можно было почувствовать во всех моих действиях и словах, вне зависимости от тщетных стараний Софии заткнуть или как-то побороть его. Дэмиана можно было увидеть или ощутить во всём, что я делал, в каждой мелочи. Дьявол, как говорится, в деталях. А для того, чтобы почувствовать холодок моего личного дьявола, нужно лишь немного внимательности и тогда каждый сумел бы приметить эту заразу в моём тяжёлом взгляде.

Однако не будем отвлекаться, ведь наша история совсем не о том, как мне сложно жить без желаемой любви и в полном одиночестве, в то время как мои близкие и друзья не замечали мою внутреннюю борьбу и страдания, ведь так?

«Пошёл ты, Дэмиан, – всё же мысленно возразила София, несмотря на мою просьбу молчать. – Сид и Нэнси были кончеными наркоманами и спойлеры: в конце их бессмысленного «love story» они беспричинно убили друг друга»

Меня это немного утешило.

Теперь я мог посмеяться над этими идиотами, однако Дэмиан не помедлил с ответом:

– Малик, ты ведь понимаешь, что это всего лишь защитная реакция и на самом деле ты продолжаешь завидовать им и их, хоть и отвратительной, но всё же «нормальной» любви. Люди для того и созданы, чтобы влюбляться, быть вместе, и делать глупости, отталкиваясь от своих идиотских чувств.

Это и есть так называемая «норма», в то время как то, что делаешь ты, продолжая своё жалкое существование в полном одиночестве – полная противоположность этого общепринятого стандарта.

– Ладно, ты выиграл. А теперь заткнись, – ответил я.

Двигаясь своим обычным быстрым шагом, прочь от всех этих соплей и боли, стараясь игнорировать Дэмиана, я вскоре оказался у вывески «Yellow umbrella» с настоящим жёлтым зонтиком, прикреплённым поверх неоновой надписи.