Школа жизни. Сеча. Часть 3

Лишь миг между прошлым и будущем, миг до и после, а мироздание отныне и навсегда стало другим, словно по дуновению космического сквозняка, в одночасье, захлопнув все двери Вселенной и запечатав на вечные века всю, некогда столь популярную транспортную систему, тем самым изменив пространство до неузнаваемости, в дополнение лишив его главного, неиссякаемого источника абсолюта. Ибо та самая транспортная сеть, для всех являющаяся неотъемлемой частью мироздания и несущая в себе функционал лифтовых шахт, позволяющая перемещаться между различными слоями миров, была неиссякаемым источником энергии, идущей от абсолюта, она была той нейронной сетью, окутывающей всё пространство, питая его.

Сеча прекратилась мгновенно, просто больше не стало высших тёмных среди низших, столь нагло и безжалостно пытающихся вырваться вперёд среди себе подобных, завоёвывая себе место уже среди светлых высших, не щадя никого, даже собственных новорождённых душ. Всё пространство погрузилось в первородную тьму, в которой отсутствует какая-либо форма движения, сковав всё и вся.

Такова стала цена безрассудства, допущенного пекельным миром в попытке осуществить план по раболепству души.

Сехмет распознала сие намерение первая и сделала то, что должна была, нанеся главный сокрушающий удар, а реакция Сокара лишь стала причинно-следственной связью её поступка, включив и введя в исполнение закон ответственности и справедливости.

Глава 7

Из оцепенения Злату вывел Молчун. Он просто подошёл к ней вплотную и начал активно лизать ей ноги. За ним последовали все остальные.

«Я песчинка, я никто среди ничего, я стала ничем, как же больно, я понесла такую жертву». Слёзы струились по её щекам, и она была не в силах их сдерживать или плакать украдкой, впервые за долгие годы существования её переполняла безграничная любовь и жалость к самой себе, словно её жизненную силу больше не сдерживала никакая программа и она снова стала собой, той, ради которой всё.

В комнату вошёл Радомир.

– Ну ты скоро? Мы начинаем опаздывать.

Злата подняла глаза и, всхлипывая, посмотрела на него.

– Любимая, ты чего? Сон плохой приснился?

Следом за ним в комнату, словно фурии, ворвались Артур и Алиса.