Мир под рукой

На маленьком столике возле дивана горела лампа, рядом лежала толстая тетрадь, украшенная незабудками и мотыльками, с многообещающей надписью «Дневник».

Олег перевел взгляд на хозяина дома. Вольфганг не сильно изменился, попав в Андерланд. Только бледная кожа выдавала то, что в этом мире ему никогда не удавалось и не удастся воспользоваться солярием. И на левой скуле появился давно заживший, но заметный шрам. Темные непокорные вьющиеся пряди выбивались из-под стягивающей их ленты, некоторые из них были тронуты сединой.

Неужели в реальном мире красавчик Вольфганг пользовался краской? Или судьбы двух людей были настолько разными, что прошедшие годы наложили разный отпечаток?

Тамара же, наоборот, выглядела хорошо, по сравнению с реальным миром. Волосы цвета спелой пшеницы стройной и подтянутой женщины были заплетены в широкую косу, изящные, но крепкие руки, нервно теребили ленты белоснежного накрахмаленного передника.

Тихо скрипнула дверь, ведущая в другие комнаты, и оттуда показались две любопытные детские мордашки.

Женщина легкой походкой подбежала к любопытным детям, с шиканьем загнала их обратно и плотно прикрыла дверь.

– Я Вольфганг. Моя жена Гудрун. Что вам известно о Герде?

Это прозвучало угрожающе. Вот уж о ком, а о строгом папаше, блюдущем честь дочери, Олег не подумал.

– Вы меня не так поняли. Я не знаком с вашей дочерью и всего лишь хотел переговорить с ней по просьбе ее друга. Если сейчас слишком поздно, я зайду завтра.

– Вы не местный? ? Вольфганг пристально вглядывался в него.

– Д-да… ? Олег судорожно пытался сообразить, что говорить, чтобы все окончательно не испортить.

– Боюсь, мы не сможем позвать Герду, ? сказал хозяин дома.

– С ней произошло несчастье, ? прибавила Гудрун. ? Как и со многими девушками нашего города.

– Но это же… ? Олег потрясенно замолчал. ? Что с ней случилось?

– Мы сами толком не знаем, ? ответил Вольфганг. ? Вчера ночью в городе появился Крысолов, а к утру исчезли все девушки от двенадцати до шестнадцати лет.

И наша Герда тоже.

– Крысолов? ? переспросил потрясенный Олег. В памяти всплыли дудочка и полчища крыс, уходящие в море. ? Снова страшная сказка.

Гудрун кинула на него вопросительный взгляд.

– Чем дальше, тем страшней, ? кивнул Вольфганг, подошел к окну, отдернул занавеску и всмотрелся во тьму за стеклом.

Дом безутешных родителей Олег покинул в совершенно расстроенных чувствах. Где-то далеко взвыла собака, ей ответил другая. Стало тревожно и жутко.