Время вспоминать

– А… ? она запнулась, кинула несмелый взгляд на Фернандо, а потом опустила глаза в пол и затараторила. ? По плантациям разъезжал полицейский из города. Спрашивал всех. Говорят, бедного сеньора Антонио зарезали. Но Санта из Хрустального ручья сказала, что колдовство это. Вроде видели странное существо тем вечером…

– Достаточно, Мария, ? остановил ее Фернандо. ? Ты можешь идти.

– Но…

Хоакина проводила глазами выпорхнувшую из гостиной горничную.

– Я хочу навестить подругу, ? заявила она, глядя прямо на мужа.

? У меня ведь есть подруги?

Ей показалось, что Фернандо сейчас резко откажет, особенно после странных россказней Марии, но он кивнул:

– Кармен Руис и Лаура Санчес. С ними ты общалась больше всего.

– Тогда я навещу Кармен, заодно поблагодарю за фрукты, ? решительно поднялась на ноги Хоакина. ? Лауре наверняка не до гостей. ? Она замерла от неожиданной мысли. ? Они знают, что я?..

– Новости и слухи у нас распространяются быстро. Но ведь ты не передумаешь идти, верно?

Хоакина покачала головой.

– Я возьму с собой Соле. И быстро вернусь. Хорошего дня.

Уже у дверей ее настиг тихий голос Фернандо.

– Если тебя не будет через два часа, я приду за тобой.

Хоакина фыркнула про себя. Прелести семейной жизни. Неужели здесь не приятно надолго без мужа отлучаться из дома даже в сопровождении служанки? Или же это простая предосторожность после предполагаемого нападения?

Розарий, поместье плантатора Хорхе де Веги, находился всего в получасе ходьбы от Каттлей, и Хоакина не успела даже как следует измучиться под солнцем.

Конечно, ее защищала легкая шляпка и зонт из тонкой ткани, без которого, по словам Соле, на Коста-Лунес не обходилась ни одна приличная дама. Однако здесь было гораздо жарче, чем в Аройо де Оро, да и во всей материковой Менаде.

Хоакина с огромным интересом разглядывала раскинувшийся у нее на пути пейзаж, который видела на картинках в книгах по истории. Огромные плантации кофейных деревьев, убегающие вдаль до самого горизонта, черный силуэт электронапорной башенки на фоне почти безоблачного пронзительно синего неба, яркий, будто раскаленный, солнечный свет.

Они с Соле шли по пыльной дороге, сначала мимо плантации Фернандо, где некоторые синекожие рабочие смотрели на них, узнавали хозяйку, здоровались или кланялись. Затем свернули, и дорога пошла чуть вверх, мимо другой плантации, ведя к большому холму, на котором белел дом, утопающий в зелени и красно-фиолетовых цветах.