Время вспоминать

– Помоги мне лучше сесть, ? сказала Хоакина. ? Садись сама и расскажи, что тут происходит. Нет, ? остановила она Соле, когда та придвинула тяжелый стул к кровати, ? дай мне сначала зеркало.

– Сеньора, может, пока не надо? ? начала Соле, в ее глазах плескалась забота.

– Я что ? с памятью и лица лишилась? ? рассердилась Хоакина. ? Быстро неси.

С лицом все было в порядке. Кроме бледности и синевы под глазами. На месте оказались и растрепанные сейчас и не очень чистые каштановые волосы с немного посветлевшими прядями.

«Наверное, выгорели на солнце, ? решила Хоакина, внимательно вглядываясь в свои разноцветные глаза, один карий, другой зеленый, предмет гордости деда Риверы и ее смущения. ? Без шляпки я что ли тут ходила?» Она потрогала темные ровные брови, крупный нос, предмет гордости деда де Веласко, ныне покойного, и ее скрытого отчаяния. Затем коснулась губ, оскалила и осмотрела на редкость ровные белые зубы, хоть в чем-то повезло, и ощупала шею, постепенно продвигаясь к затылку. Там, по словам доктора, должна быть шишка.

– Ай, ? вскрикнула Хоакина и отдернула руку.

– Сеньора, ? всполошилась уже усевшаяся было Соле.

– Перестань, ? шикнула Хоакина, покосившись на дверь. ? Говори ? как так получилось, что я замужем за Фернандо Агиларом? И что со мной произошло, что я памяти лишилась? Я упала?

– Я не знаю, сеньора, ? шмыгнула носом Соле. ? Вас нашли позавчера, в пятницу, поздним вечером. Вы лежали прямо в тростнике дона Пабло, без сознания, словно мертвая.

Ах, сеньора…

– Хватит, ? снова прервала зарождающиеся рыдания Хоакина. Соле всегда была очень впечатлительной, как и очень преданной. ? Что я там делала? И кто такой дон Пабло? Впрочем, нет. ? Она схватилась за голову одной рукой. ? Оставим мое падение и дона Пабло. Почему я замужем за Фернандо Агиларом и сижу в колониях?

– Потому что он здесь живет, у него плантация с кофе, ? захлопала глазами Соле.

Хоакина захотела прибить служанку, как совсем недавно Фернандо доктора.

– Соледад, ? прорычала она, чувствуя, как снова в глубине головы зарождается боль.

? Мать и дед, как и все Ривера, скорее оставили бы меня в старых девах, чем дали согласие на такой брак. Что случилось? ? Хоакина вдруг испугалась. ? Они живы? Никто не умер? А отец?

Соле замотала головой.

– Слава богу. Тогда что, черт возьми, произошло?

– Сеньора, не ругайтесь, ? ойкнула Соле. ? Ваша мама бы…

– Я сейчас еще не так заругаюсь, если ты мне все не расскажешь.