Змеиное гнездо. Тень заговора

Алберт присел на кровать, положил мокрый от росы букет ей на грудь и принялся отдирать подушку, в которую она вцепилась.

– Пойдем, пойдем… – приговаривал он. – Дышать свежим воздухом полезно. А спать вредно, жизнь проходит. Ты сегодня и так на год старше стала, много ли тебе осталось?

– Спасибо, что напомнил. Ты – сама деликатность!

Элвира выпустила подушку и вдобавок постаралась ударить его второй. Алберт перехватил ее запястье, отобрал мягкое оружие и поцеловал руку. Элвира вырвала ее и с удивлением обнаружила на запястье браслет из серебристого жемчуга.

– О! Так ты, значит, не только этим веником решил от меня отделаться, – произнесла Элвира, снова усаживаясь в кровати. – Наверное, чей-то сад ободрал?

– Не «чей-то», а его светлости Зигфрида Корфа, герцога крови и наследника престола… не помню какого в очереди, – наставительно произнес Алберт, помогая ей собрать рассыпавшиеся ветки.

– Значит, тебе не отрубят руки, а сразу повесят, – констатировала Элвира, с наслаждением вдыхая свежий, любимый с детства аромат.

 – И ты, наконец, перестанешь меня мучить.

– Ты не справедлива! Даже если у нашего морского герцога поднялась бы рука на одного из его любимых верных капитанов, – Алберт притворно смахнул слезинку, – я бы каждый год возвращался к тебе накануне дня рождения и стенал, и выл, и рыдал горючими слезами.

– Здорово! – вдохновенно откликнулась Элвира. – А скрежет зубовный издавал бы?

Алберт воздел руки и возвел глаза к потолку в безмолвной мольбе.

Потом оба расхохотались и крепко обнялись.

– Я на самом деле рада, что ты еще жив и даже помнишь о моем дне рождения, – пробормотала Элвира, вытирая о его плечо внезапно подступившие слезы. – Я тебя так давно не видела, кажется, лет сто прошло.

– Не ври старшим, – строго сказал брат, гладя ее по светлым волосам. – Мы оба знаем, сколько тебе сегодня исполнилось.

– Но никому не скажем? – хитро прищурилась Элвира, высвобождаясь из братских объятий.

– Конечно, – серьезно кивнул тот.

 – Особенно если ты пообещаешь, что в этом году выйдешь замуж, наконец. Ужасно хочется понянчить маленьких вопящих ротманчиков!

– Вот сам и наделай себе, – откликнулась лейтенант. – А еще лучше навести брата. У него их с полдюжины.

– У него уже не вопящие, а рассуждающие с умным видом. Это не интересно. Кстати он собирается старшего прислать ко мне в Дни Зимородка. Хочет, чтоб я взял парня в море, как он выразился, «понюхать соли».