Некромантия не по правилам

В чем дело? Ах да, соло на ударных! Только бы Фил не вздумал остановиться! Повинуясь моим (нет, не только моим) ментальным импульсам, толпа принялась восхищенно скандировать:

– Фил, давай! Крутой отжиг!

Ударник ответил сложной импровизацией. Невероятно, как можно творить такое, имея лишь четыре конечности…

Не теряя ментального контакта с ударником, я на всякий случай поставила воздушную преграду на пути кошмарного существа. Хватило ее очень не надолго.

Бывший водяной корчился на песке, извергая из себя целые фейерверки.

Длинный – не менее метра – язык неожиданно выстрелил наружу и без видимых усилий располовинил металлическую кабинку для переодевания. Втянувшись назад, он по дороге превратил здоровенный пень в обугленную головешку. Воспользовавшись паузой, монстр пришел в себя и снова принялся карабкаться наверх.

И тут произошло то, чего я никак не ожидала. Преодолев еще некоторое расстояние по песчаному склону, бывший водяной остановился прямо напротив эстрады и встретился взглядом с Филом.

Зрители расступились в разные стороны, но никто и не думал пугаться: все сочти появление кошмара из сточных вод удачным сценическим ходом.

– Ты?!! – скорее почувствовала, чем услышала я голос ужасного создания.

В мыслях Фила – я отчетливо это видела – промелькнули картины давнишних трагических событий на Брусничной горе. Отрывочные видения сложились вместе подобно кусочкам пазла. Да, в этот момент ударник «Алюминиевых гельминтов» был как нельзя больше похож на прославленного экзорциста.

Молодой человек поднялся из-за ударной установки и, обменявшись с солистом парой слов, взял микрофон.

– Случается так, что кто-то из нас творит зло, – начал он, обращаясь главным образом к бывшему водяному. – По неведению или, полагая, что преследует благие цели. Нередко, чтобы это исправить, потом не хватает и целой жизни. Я не в силах исправить то, что натворил здесь мой давний предок, но я хочу от всей души попросить прощения у тех, кому из-за него пришлось навсегда покинуть эти места, за весь ужас, который они пережили по его вине.

Мы все несем ответственность за судьбу этого мира. В их честь для вас сейчас прозвучит оратория «Мир, живи».

Импровизация на ударных сменилась хоровым пением. На этот раз голос Фила выводил главную партию. Впечатляет… Думаю, специалисту в вокальном искусстве было бы, к чему придраться, но сейчас это являлось далеко не главным.