Кровь Кьянти

Быстро доехав до отеля, она вышла из машины и, по обыкновению, как королева, бросила ключи швейцару. Но путь ей преградил все тот же охранник Боря:

– С сегодняшнего дня Вам в гостиницу вход закрыт навсегда.

– Что? Что ты сказал? – не поверила своим ушам Зара, – Повт-т-тори уб-б-б-л-лю-док, – по лицу Зары пробежал нервный тик, она начала заикаться.

– А ну, брысь отсюда, пока я ментов не позвал!

– У меня там в номере вещи остались! Зови сюда начальника охраны! Быстро!

Словно в бреду, ничего не видя перед собой, Зара отступила в сторону.

Она уперлась лбом и маленькими ладошками в каменную кладку здания своей мечты. Рассудок отказывался принимать происходящее: «Они не могут закрыть мне вход, я – Зара Грей, я – звезда! В этот момент вышел огромный мужчина лет за сорок:

– Майор Демидов, начальник охраны отеля, чем могу быть полезен? – представился он.

– Мы можем пройти в холл поговорить?

– Нет, Вам запрещено приближаться к отелю в радиусе километра. У нас везде камеры.

– Что я такого сделала? Это было не Кьянти!

– Позвольте Вам напомнить: в 2010 году в номере 156 еле откачали мужчину, которого Вы покинули лишь под утро. В его крови была обнаружена высокая доза клофелина, а драгоценности, ценные бумаги и чемодан с деньгами исчезли. Дальше продолжать?

– От-ткуд-да, от-тку-д-да Вы знаете? – пятясь назад словно рак, выдавила из себя Зара.

– Откуда-откуда?! Из базы! Вы вчера расшумелись, вот мы Вас и пробили, Зоя Куницына!

    30.

05.2014

Софи

Посвящается Д. К.

Всегда – это пустое слово. Между капризом и вечной любовью разница только та, что каприз длится несколько дольше.

    Оскар Уайльд

Я грезил о ней с юности, с того самого момента, когда понял, почему по утрам «дымит» одеяло. Она стала моим идеалом красоты. И не только моим! В нее были влюблены все без исключения мужчины нашей огромной страны, когда СССР занимал шестую часть суши земного шара. Актриса по имени Елизавета Денейченко просто не могла не нравиться.

Она была символом утонченной женственности и несла в себе доброту, тепло и нежность. Пересматривая фильмы с ее участием, раз за разом я проживал бурные эмоции, отождествляясь с героями, теряя себя. Я был то пылким любовником, то ревнивым супругом, то отвергнутым женихом, то деспотичным отцом, то духовным пастырем, то нежным братом Лизы, как будто режиссер специально создавал этот мир для нас двоих.