Настойчивое прошлое требует ответы

Два часа шоу пролетели довольно быстро. Выйдя из кабаре, Саша заметила, что и в час ночи жизнь на Монмартре не погружается в сон, и очень плотно прижала сумочку к себе. Хотя мысли о том, что за ней заедет человек, которого она видит второй раз в жизни, намекали на то, что быть повторно ограбленной – это не единственное, что несет ей угрозу этим вечером, а точнее ночью. Она заметила, как с противоположной стороны, через толпу выходящих из кабаре ей машет рукой Мэтью, обозначив свое местоположение. Саша дошла до его машины, Мэтью открыл дверь, и она уселась.

– Договор под грифом «старая история» все еще в силе? – деловито и в то же время театрально спросила девушка Мэтью, все еще находясь под влиянием спектакля и шампанского.

– Да, конечно. Мы можем доехать до центра, пройтись там, я расскажу вам историю, после чего отвезу вас домой, как вам? – спросил Мэтью, внимательно следя за дорогой, которая, к счастью, была не так забита, как улицы Монмартра в это время суток.

– Я бы хотела прогуляться по мосту Александра III, – сказала Саша, глядя на Мэтью.

Доехав до пункта назначения, пара вышла из машины и медленным прогулочным шагом направилась в сторону моста. Народу было немного, но улицы определенно не пустовали, гуляли парочки, вдохновленные романтикой Парижа, из баров возвращались компании друзей.

– Я буду для вас незнакомкой в поезде? Той, кому можно рассказать самое сокровенное и, выйдя на следующей станции, почувствовать, как гора спала с плеч? – спросила Саша, направляясь в сторону моста, который уже манил своим теплым светом от множества фонарей.

Девушка не хотела предлагать перейти на «ты» и не хотела, чтобы это было предложено Мэтью. Ей нравилось держать дистанцию с незнакомцем, как бы он ей ни нравился и какие бы смелые фантазии относительно него ни приходили ей в голову за пару дней с момента их встречи.

– Эта гора с плеч никогда не упадет, но если вы предпочитаете метафоры, то пусть так, – сказал мужчина и загадочно улыбнулся, глядя на Сашу сверху вниз.

– Надо уметь отпускать прошлое и прощать себя, того себя, кем ты был когда-то! В конце концов, как говорил Гораций, multa renascentur, quae jam decidere (лат.

многое способно возродиться из того, что уже умерло)! – подбадривающим тоном сказала Саша, еще не отдавая себе отчет в том, насколько эта фраза эхом отразилась в душе Мэтью, который внешне не подал вида, но очевидно знал перевод. Шампанское ударило Саше в голову и не ослабляло хватку.

– На том кладбище покоится мой друг.