Горничная Тархана

Мой отец был кавказцем и я унаследовал от него смуглую кожу и черные волосы, а вот после его смерти мама вышла за русского и родила Максима, который похож на своего отца – та же светлая кожа, синие глаза и каштановые волосы. Хотя оба его родителя живы, Макс общается теперь только со мной. Мама отреклась от него так же, как и от меня, когда узнала, что мы решили работать на Попа. Она всегда ненавидела его и всех, кто с ним связан. Винила в смерти моего отца, своего брата и любого дорогого ей мужчины из членов семьи и друзей, которые умирали на службе у Игнатия Попова.

Словно у кого-то был выбор в этом вопросе. Ей самой удалось уйти лишь потому, что она женщина, и после смерти мужа не представляла интереса для общины. Поп отпустил ее, даже несмотря на их дальнее родство, которое могло бросить тень на него самого. Просто он не уточнил, что ее дети все равно будут принадлежать общине, хочет она этого или нет.

– Что это с Каринкой? – спрашивает меня Макс позже, когда мы расслабляемся в моем кабинете.

 – Опять ее причуды?

– Причуды, – задумчиво повторяю я. – Совсем не то слово, скорее уж идиотизм. Мы поругались с утра, вот она и отрывается.

– Время идет, а твоя жена не взрослеет, – хмыкает брат. – Вот поэтому я и не женюсь. Это же пожизненная тюрьма, даже без Попа! Наши главы умирают, а правила не меняются. Вот хуйня!

– Не боишься, что тебя женят на Лиане? – ухмыляюсь я.

– Не женят, если она будет под вашим с Кариной присмотром. Лиана, конечно, красивая девочка, но мне такая жена не нужна.

Нет в ней огня, а я никогда не понимал в чем привлекательность тихонь.

– Сам же только что был в ужасе от моей огненной женщины, – напоминаю ему. – С тихоней хотя бы будет спокойная жизнь. Никто не будет ебать тебе мозг, тишь да благодать.

– А лучше вообще без жены, и можно ебаться, с кем хочешь, – смеется Максим. – Ты, кстати, еще помнишь эти ощущения или за двадцать лет забылось?

Ну вот, еще один. Помню ли я? А что вспоминать-то? До Карины у меня были лишь две женщины, такие же подростки, как и я сам в то время.

Мы ни хрена толком не умели, только пробовали, а вот уже в шестнадцать, влюбившись в Карину, я исключил всех остальных.

В нашем сексе практически отсутствуют табу, мы вместе учились, экспериментировали и в конце концов начали читать друг друга, как самих себя. Карина точно знает, как отсосать так, чтобы я спустил за десять минут или как продлевать удовольствие, пока у меня ноги не откажут.