Горничная Тархана

Полностью одевшись, я смотрю на себя в зеркало в последний раз и наклонившись поближе, убираю упавшую ресничку со щеки. Невольно вспоминаю, как Карина Васильевна при приеме на работу потребовала у меня впредь не наращивать ресницы, потому что это выглядит пошло, и как скривился ее рот, когда я сказала, что это мои натуральные и ничего с ними я сделать не могу.

Я не настолько наивна и понимаю, почему она так стремится сделать нас незаметными. Дело не в ревности, уж она-то не хуже нас знает, что Тархан Артурович не посмотрит лишний раз на прислугу, дело в банальной женской зависти.

Она и со своими подругами такая, хоть и пытается завуалировать свои реакции. Конкуренцию Карина Васильевна не терпит и в любом помещении хочет быть единственной красавицей, на которую смотрят окружающие.

На глаза невольно наворачиваются слезы, когда я понимаю, что даже несмотря на требовательную и капризную хозяйку, хочу остаться в этом доме.

– Не родись красивой, а родись счастливой, – повторяю любимую присказку мамы с грустной улыбкой.

Да, мы с ней обе красавицы, с одинаковыми миндалевидными карими глазами, обрамленными пушистыми ресницами, аккуратными носиками и красивыми губами. Несмотря на тяжелую жизнь, мама и в сорок три выглядит шикарно, вокруг нее всегда вьются мужчины, но не один из них так и не принес ей счастья. А еще… Она слишком похожа на Карину Васильевну, когда речь идет о женской конкуренции, даже с родной дочерью. Не представляю, как смогу вернуться в нашу квартиру и снова жить с ней, когда за прошедший в этом доме год, наконец, смогла вздохнуть свободно, без обидных упреков и надуманных претензий от самого родного человека.

– Ты сегодня встала позже меня, я глазам своим не верю! – приветствует меня Лида на кухне, где мы все вместе собираемся за завтраком перед началом трудового дня.

– Всем доброе утро! – здороваюсь я, садясь за стол.

Георгий просто кивает, он всегда немногословен, а Наташа протягивает мне тарелку с кашей, которую я обычно ем по утрам. После завтрака я иду накрывать на стол хозяевам, ожидая, что меня вот-вот вызовут в кабинет, но ничего не происходит.

Когда Тархан Артурович спускается и садится за стол, разговаривая с кем-то по телефону, у меня начинают дрожать руки от волнения.

– Кофе? – спрашиваю едва слышно, на что он резко кивает.

Георгий редко прислуживает за столом, только если просят лично его, ведь он на ранг выше нас всех, и сейчас я очень жалею, что вместо меня не попросили позвать его.