Код сновидений

Робик повернулся к водиле: «Тогда, что?»

– Тайные знаки масонов, – предположил тот и рассмеялся.

– Я этого алфавита ни разу в компе не встречал, – уверенно заявил Робик.

– Наверное, ведьмы не умеют компьютерами пользоваться, – объяснил водила. – Они ведь в средневековье жили, а тогда ни компьютеров, ни хакеров еще не было.

– Ты же сам вчера в баре говорил, что современные ведьмы даже машины водят, и вообще они очень развитые существа, – напомнил Робик.

– Я же тебе ясно сказал, что в России таких нет.

– А что, мы еще и туда поедем? – удивился Робик.

– Это только одному боссу известно. А нам… – он не успел завершить фразу.

– А нам все равно, А нам все равно, хоть боимся мы волка и грозу, – пропел строчку из фильма «Бриллиантовая рука» кореец и добавил – деньги нам за это платят.

– Только я ни за какие деньги не согласен ведьм обезвреживать, – проворчал Робик.

– Ты же контракт на три года подписал, – засмеялся кореец.

– Там не указано, что мы должны работать не с людьми, – не унимался Робик.

– А за людей так хорошо не платят. Можно было догадаться, что работа нестандартная, – съехидничал водила. – И вообще, меньше знаешь, лучше спишь. Поэтому вскрывать ее документы без разрешения босса не советую.

– А он и не заметит, – Робик зажмурил глаза и изобразил на лице счастливую улыбку.

– Ладно, не будем чинить тебе козни, – вздохнул водила, – ты ведь ас, крутой хакер.

– И нам честно добычу свою покажешь, чтобы доступ к ее информации был не только у тебя, – добавил кореец.

– А вам же все равно, – напомнил ему Робик с усмешкой.

– Перестань торговаться, ты же не на базаре, – Артур в упор уставился на Робика. Он знал слабые места своих друзей и любил наблюдать за реакцией корейца и Робика, когда удавалось ткнуть их носом в то, чего они старались не вспоминать.

В этот раз номер не прошел. Робик был слишком увлечен идеей взлома, чтобы взорваться при упоминании о своем позорном прошлом. Именно так он сам и называл годы, проведенные за прилавком рынка с отцом. И хоть торговля так и не стала его амплуа, и никакие упреки отца не заставили его поддержать семейную традицию добычи денег, время, потраченное на изучение искусства торговли, не прошло даром. Прочно закрепилась рыночная привычка контакта с людьми.