Холодный как мрамор

– Это звучит довольно мрачно, не так ли? Пять мертвых сестер?

– Не имеет значения, – отрезал Трей. – Мы лишь должны сыграть с Вайолет в игру и предсказать ее смерть – тогда покончим с этим.

– Знаете что, ребята? Не злитесь на меня, но утром я сказала маме, что мы с Мишей едем за подарками на Рождество. Будет не очень хорошо, если вернусь домой с пустыми руками, – вдруг вспомнила я, ради чего отпросилась у мамы на весь день.

До сих пор я не думала об этом – но моя мама рассердится и наверняка что-то заподозрит, если поймет, что я солгала ей.

– Твоей маме понравится «Мерседес» S-класса? – пошутил Генри. – Не уверен, что захочу видеть эту машину снова после произошедшего.

Мы все улыбнулись, благодарные Генри за минутку юмора.

– Расскажу отцу, как следовал за призраком по шоссе 32, уверен, он поймет.

– Серьезно, – настаивала я. – Может, подкинем Мишу до дома, чтобы она зажгла свечу, а затем заедем в «Хеннесси», чтобы я купила флакон духов или что-то в этом роде?

Всю оставшуюся поездку машину наполнял чарующий голос Бинга Кросби, певшего «Серебряные колокольчики, серебряные колокольчики, в городе Рождество…».

Мы проехали через контрольно-пропускной пункт в закрытый жилой комплекс Миши, по-праздничному украшенный лампочками. Генри показал охраннику водительское удостоверение и высадил Мишу перед ее домом.

– Позвони или напиши мне через час, чтобы я знала, что с тобой все в порядке, – попросила я.

Миша вышла из машины со свечой в руках, намереваясь четко следовать инструкции Кирстен.

Генри включил режим холостого хода, пока мы смотрели, как Миша заходит в дом. Мне было интересно, вижу ли я ее живой в последний раз, – однако, если я верно поняла слова Дженни, в эту ночь кто-то уже умер вместо Миши. Я была уверена, что через час услышу ее голос.

Все парковочные места у аптеки[7 - Drugstore – аптека, где продают лекарства, косметику, кофе, журналы и т. д. (Прим. переводчика.)] были заняты, несмотря на то, что был поздний вечер кануна Рождества.

По будням в нашем городе мало какие магазины работали после восьми вечера, но в «Хеннесси» аптека была круглосуточной.

– Я останусь в машине, – сказал Трей, пока Генри парковался. – Не хочу, чтобы до моей мамы дошли слухи о том, что я ездил за покупками, хотя должен был сидеть дома под замком.

Генри проводил меня под предлогом того, чтобы купить апельсиновый сок для своей мамы, но я догадывалась, что им двигало нежелание оставаться в машине наедине с Треем.