Легкий как перышко

Какое бы информативное собрание мистер Дин ни приготовил для тех из нас, кто собирался баллотироваться в ученический совет, оно не могло занять больше часа.

– Ты же пойдешь на собрание по выборам в ученический совет, да? – спросила я Оливию, рассчитывая, что мы пойдем туда вместе (и надеясь, что она не шутила, когда назвала нас командой).

– Не уверена, – ответила та, сморщив носик. – У меня небольшой кризис. Я все еще не нашла туфли для завтрашнего бала, которые бы подходили к платью. То есть у меня есть пара белых на каблуках со свадьбы дяди, но они совершенно не подходят.

В животе возникло неприятное чувство. Если Оливия не собиралась на собрание мистера Дина, то насколько вообще она собиралась претендовать на место президента? Что, если мистер Дин не позволит ей участвовать в выборах, потому что она так спокойно проигнорировала важное собрание? Что, если Майкл Уолтон увидит свой шанс и украдет у нее желанную роль президента, а мне придется провести остаток одиннадцатого класса, слушая его нудные жалобы на нехватку нормальных баков для раздельного мусора в столовой?

– О боже, Оливия, это прям как в истории Вайолет, – объявила Кэндис, широко раскрыв глаза.

Сидевшая на другом конце стола Вайолет повернулась к нам.

– То была просто глупая история, – пробормотала она.

И правда странно, что в пятницу, в день большой игры, как говорила Вайолет в истории о вымышленной смерти Оливии, та действительно собиралась поехать в торговый центр.

– А что насчет танцев? – внезапно спросила Оливия, словно именно в тот момент она поняла, что Вайолет так и не подтвердила наличие партнера. Тема схожестей между обстоятельствами этого дня и историей Вайолет была забыта. – С кем ты идешь?

Лицо Вайолет просияло, глаза вспыхнули.

– А разве я не говорила вам? Я иду с парнем из моей церкви. Он учится в школе Святого Патрика в Ортонвилле.

Миша глянула на меня, вскинув бровь, а я отвернулась, не желая демонстрировать Вайолет наши сомнения. Она точно ни разу не упоминала этого загадочного парня. Оливия, не отличавшаяся скептицизмом, помимо особенных случаев, выглядела по-настоящему удивленной. – Правда? Отлично! А как его зовут?

– Марк, – ответила Вайолет. – Риган.