Дом на болотах

После скудного ланча, состоявшего из вчерашнего хлеба с маргарином, сыром и консервированной ветчиной, Фрэнни скрылась в розовой спальне, за ней последовал Ларри. Мэлори взялась наконец-то разжигать камин. Холод становился невыносимым, они обе надели майки, блузки и по два джемпера. Ей удалось добиться бледных слабеньких язычков пламени, которые не грели.

Будь здесь Тони, он бы по крайней мере помог ей развести огонь – но одна мысль об этом была нелепой. Тони Кэвендиш в жизни не разводил огня – для него это делала прислуга.

В конце концов пламя стало лизать дрова, пошел дым, и Мэлори протянула руки к слабому теплу, когда вошла Фрэнни.

– Мама, я нашла потайную дверь.

Она поднялась за Фрэнни по лестнице. В конце площадки среди панелей обнаружилась дверца, которую Мэлори до сих пор не замечала. Ведь смотрела на эту стену несколько раз и не видела. За дверью оказалась еще одна узкая лестница, винтовая, по которой взобралась Фрэнни.

– Давай, мам, поднимайся! – раздался сверху голос Фрэнни.

Мэлори, согнувшись, влезла на темную лесенку. Высунула голову и увидела низкий чердак; сумрачный, пыльный, но старые сундуки по нему были расставлены аккуратно. Она тщательно прислушалась, но не услышала ни царапанья, ни шороха. Ее взгляд упал на деревянную детскую кроватку, с которой осыпалась белая краска.

– Смотри, что тут, – сказала Фрэнни, и Мэлори пришла в себя.

Она пошла за дочкой на середину чердака, где сквозь трещины в крыше виднелось туманное небо. Фрэнни копалась в открытом сундуке.

– Какие красивые.

На соломенной подложке лежали чудесные елочные игрушки: ангелы, звезды, яблоки и фонарики. Даже в тусклом свете они мерцали, а когда на них падал туманный луч снаружи, начинали сверкать.

Мэлори взяла каждую в руки, подержала на ладони, изумляясь их изящной хрупкости. Они были из тончайшего стекла, раскрашены великолепными яркими красками: зеленой, золотой и красной.

Из другого сундука Фрэнни достала деревянную шкатулку, покрытую сложной резьбой в виде листьев.

– Смотри! – сказала она.

Мэлори подмывало схватить шкатулку и открыть ее, но она заставила себя ждать. Когда Фрэнни отдала шкатулку ей, она ахнула от восторга.