Байки Тридевятого царства. Как Василиса Премудрая с Бабой-ягой царство спасали да блинный теремок открывали

Такого добра в щуплой старушке хватило бы на десятерых шпионов, да ещё на парочку счетоводов осталось бы. Ведьмам внимательность и наблюдательность ой как важна!

– Загадку я одну решить не могу, бабушка Яга, – тяжело вздохнула Василиса.

И стоило девочке произнести эти слова, как по её коже снова холодок пошёл, а Баба-яга вскинулась и повела чутким носом, любая собака обзавидовалась бы.

– Чую! Чую! – встревожилась она. – Мерзким духом запахло откуда-то. Словно издох где-то кто-то мелкий, но противный.

– Вот и мне тоже тревожно, – обрадовалась пониманию Василиса.

 – А почему тревожно – никак взять в толк не могу.

– Опять! – вскинула костлявую руку Баба-яга, поводя туда-сюда своим носом.

Девочка молча кивнула и тоже осмотрелась по сторонам. Но везде было спокойно.

Царский терем скрылся за лесом. Дорожный тракт выложен камнем ровным. Обычно тракт людный, но сейчас в оба конца до горизонта чисто. Ступа бабушкина в сторонке стоит. Трава под ногами, ромашки, одуванчики, колокольчики всякие. Вон там клевер раскинулся.

Для грибов ещё рано. Лето только-только к середине подошло. Птахи всякие поют. Пчёлы жужжат. Бабочки пёстрые порхают. Ветер играет ветвями берёзок. От нагретых летним солнышком сосен идёт одуряющий аромат. Где-то в стороне слышится лёгкий шум, похожий на шум дождя. То другой ветерок играет с листиками осины.

– Вроде тихо всё, – с сомнением сказала Василиса, глядя на Бабу-ягу.

– И я больше ничего не чую, – энергично кивнула Яга, но тут же осеклась.

Чуткий нос старухи снова задвигался, ловя мерзостный след.

А Василисе снова послышался противный смешок и протяжное блеянье: «Не-е-е».

– А ну-ка! Посторонись, Василисушка!

Баба-яга вновь залихватски взмахнула над головой своей метлой, но всё осталось по-прежнему.

– Хм, – нахмурилась Яга. – Чегой-то странное. Леший иначе озорует. Горыныч за три версты громом грохочет да жаром пышет. Колдунья, что ль, на моих землях залётная завелась… Али Кощеюшка за старое взялся. Этот скелет может. Этот может. М-да.

Она решительно тряхнула головой, от чего выбившиеся из-под косынки седые волосы взметнулись аж до самой макушки, и скомандовала:

– А ну-ка полезай в ступу! Слетаем ко мне. Там спокойно помозгуем, что к чему.

Василиса пожала плечиками и залезла в ступу Бабы-яги. Она любила эту старушку, которая приходилась ей далёкой роднёй. С ней было интересно. Бабушка много всякого знала да ведала, и охотно болтала со смышлёной девочкой. Даже к себе в ученицы сманивала.