Лето вёльвы

 – Я тоже хочу, чтобы…

Она заполошно заметалась между словами, ища достойное и правильное, но в голове всплывало только какое-то детское и стыдное: «чтобы боялись и уважали». Дед заметил эти внутренние метания и повторил вопрос:

– Для чего? Ты хочешь, чтобы что?

Снежана тяжело вздохнула, опустила голову и мрачно ответила правду:

– Чтобы меня тоже боялись и уважали. Чтобы быть сильной.

– Быть сильной – это похвальное желание, – улыбнулся ей Волимир. – Но ты уверена, что точно хочешь, чтобы тебя боялись? Уважение из страха – оно коварное и подлое.

Чуть отвернёшься, и рискуешь получить удар в спину.

– А как тогда по-другому? – тем же мрачным тоном спросила девочка.

– Отличный вопрос! – в голосе деда проскользнули ноты одобрения и восторга. – Очень правильный.

Он остановился, опустился перед внучкой на одно колено, чтобы их лица оказались на общей высоте, и мягко сказал:

– Запомни, маленькая вёльва, всегда, когда ты не будешь знать, что и как делать, или будешь искать решение, задавай себе подобные вопросы: «А как возможно по-другому?», «Как это возможно ещё?», или «А как именно это для меня возможно?» При этом представь, что ты огромна, как океан или бескрайнее небо, а твой вопрос – это живая и подвижная рыбка или птица.

Отпусти их свободно плыть или лететь. И пусть они принесут тебе ответ. Он уже точно есть в этом океане, который есть ты сама. Просто тебе по каким-то причинам нужен помощник, чтобы отыскать ответ в своём бесконечном пространстве. Вот ты и выпускаешь его с этой задачей. Точно также можно искать ответы на любой вопрос. Задай его и выпусти помощника в океан или небо. Он принесёт тебе ответ. Может не сразу, может через какого-то другого человека, но ответ к тебе придёт. Просто твёрдо знай это.

Снежана моргнула, переваривая услышанное. Это было необычно, непривычно, но интересно. А ещё ей почему-то до щемящих слёз стало приятно от того, что дед – такой высокий, сильный и загадочный, опустился перед ней на одно колено и разговаривает, как с равной.

Девочка даже пропустила мимо ушей это раздражающее «маленькая вёльва». Да она согласилась бы всегда так называться. Лишь бы и дальше всё было вот как-то так…

– И от чего же ты плачешь, Снежа? – участливо поинтересовался дедушка, бережными движениями утирая слезинки, выступившие в уголках глаз внучки.

Снежана попыталась что-то сказать, но тяжёлый ком в горле не дал ей этого сделать. Она крепко зажмурилась. В ушах эхом гуляло это незнакомое – «Снежа».