Лето вёльвы

Девочка с затаённой надеждой посмотрела на деда. Она протянула ему раковину и попросила:

– А ты можешь проверить, есть ли жемчужина вот в этой?

Волимир принял из рук внучки весьма крупную и на вид целую раковину беззубки. Повертел её, взвесил на ладони, словно к чему-то прислушиваясь, и улыбнулся:

– Старая была особь. Прожила долгую жизнь. Но путь её уже закончился на радуге. Так что давай посмотрим.

Он достал из кармана складной нож, отщёлкнул лезвие и аккуратно поддел уже и без того приоткрытую створку.

Раковина неохотно раскрылась сильнее. Ещё рывок, и она распалась на две половинки, удерживаемые вместе только останками уже почти высохшего продолговатого тела моллюска. Покопавшись внутри, дедушка спокойно покачал головой.

– Увы, – показал он чистую раковину, кончиком ножа вытряхивая на песок её бывшего хозяина.

Снежана грустно кивнула. Она решила, что дед сейчас кинет раскрытую ракушку к прочим товаркам, но ошиблась. Вместо этого он сходил к воде, где тщательно промыл обе створки от останков, и вернулся обратно.

– Держи, – мягко сказал Волимир, протягивая раковину. – Жемчужины в ней нет, но она и сама по себе обладает ценностью.

– Какой? – с любопытством спросила Снежана, беря распавшиеся створки.

– Она красивая, – улыбнулся он, и хитро подмигнул внучке: – А об остальном, Снежа, ты узнаешь чуть позже. Обещаю, тебе понравится.

Девочка смущённо опустила взгляд, принимаясь рассматривать неожиданное и пока ещё не совсем понятное богатство. Отмытые и аккуратно, чтобы не повредить тонкие скорлупки, отчищенные створки горели внутри радужным перламутром.

Бело-серебристая дымка шла голубоватыми, розоватыми и зеленоватыми волнами, красиво блестя на солнце. Это жемчужное сияние имело объёмный и очень сложный узор. Снежана заворожённо уставилась в его живую глубину. Внутри появилось ощущение скольжения по бугристому, но в тоже время удивительно гладкому полю. Ей казалось, что она катится по нему, кружась и переворачиваясь. Пересиливая жемчужное очарование, девочка медленно перевернула створки раковины тёмной стороной вверх. Скольжение сменилось чувством закручивающегося по холму серпантина, и она поспешила отвлечься, задав первый всплывший попавшийся вопрос:

– Деда, а как ты понял, что беззубка прожила много лет?

– По виткам, – охотно пояснил дедушка, и ткнул пальцем в ракушку. – Как у любой улитки, здесь тоже есть свои кольца. И они, подобно кольцам на спиле древесного ствола, показывают количество лет.