Проводник. Часть 2 – Дороги к дому

Ну, полежал я в госпитале, полежал, подумал, ещё малесь полежал, да решил, что сельское хозяйство не для меня. Комиссия на меня поглядела и тоже согласилась, мол: – «да, товарищ Жуков, поросята и морковки[11 - В этом месте Жека использует сленг донецких ополченцев. Труба – многоразовый гранатомёт РПГ-7. Укроп – наиболее распространённое прозвище служащих ВСУ. Поросёнок – граната для РПГ-7 с термобарическим зарядом. Морковка – граната для РПГ-7 с кумулятивным зарядом.] вам не друзья, идите-ка вы лучше в душеприказчики».

Ну, а я, чего, дурак, от такой лафы отказываться, что ль? Работа интересная, творческая, непыльная и неспешная. Как раз то, что мне сейчас надо.

Иволгин нахмурился, переваривая услышанное. Вычленив ключевые слова: «укроп», «труба», «подстригал», «поросята» и «морковки», он осторожно спросил:

– А тебя каким ветром на СВО занесло?

– Так мобилизация по осени же была, – удивился приятель. – Не уж-то не слыхал?

– Слыхал, – не стал спорить Борис.

 – Но я не припоминаю за тобой героического участие в каких-то военных операциях. У тебя ж за плечами только год срочной в… Где там? В артиллерии?

– Гранатомётчики мы, товарищ командир, – тяжко и грустно вздохнул Жека. – По трубам специалисты. А до артиллеристов – богов войны, нам, как до генеральской звезды.

– И как же этого хватило для мобилизации? – продолжал недоумевать Иволгин.

– А вот хватило! – то ли с гордостью, то ли с ехидством воскликнул Жека.

 – Тут такая неразбериха всюду началась, когда мобилизацию объявили, что порой гребли всех подряд. Кого-то даже потом отпустили и извинились. Некоторых, бывало, даже с фронта возвращали. Но до меня осколочная очередь долетела быстрее, чем штабные писульки. Так что комиссовали уже по ранению.

– Сильно прилетело? – с сочувствием поинтересовался Борис.

– Да-а… Живой, голова с причиндалами на месте – и ладно! – жизнерадостно отмахнулся парень.

От Бориса всё же не ускользнула горькая нотка какого-то болезненного сожаления в голосе друга. Но он не стал пока докапываться. Позже узнает.

– Ты-то как? – вновь подал голос Жека.

– Тоже жив и здоров, – ответил Иволгин с явным удовольствием. – Не поверишь, но второй раз возвращаюсь без единой серьёзной травмы.

– Ну, это если не считать дырку в мозгах, – съехидничал Жека.

– Дырку? – не понял Борис.