Ветка полыни

– Он и не знает, что стал дедом, маленький Колька растет! – подумала женщина, потянув за ручку двери. На нее пахнуло теплом протопленной избы с легкой примесью горечи.

Роковой дуб

– Не откажет мне Света, не должна, – Миша засунул руку в карман и потрогал коробочку с кольцом. Он выехал рано утром, надеясь уже к ночи увидеть любимую. Больше года они общались лишь по телефону и интернету, и парень предвкушал тот миг, когда обнимет, и увидит в ее глазах те же чувства, что и при расставании. Миша поддержал желание девушки перейти на заочное отделение, чтобы быть рядом со стареющей и часто болеющей бабушкой, которая с десяти лет заменила ей родителей.

Сам же времени даром не терял, за время разлуки получил диплом инженера и устроился на хорошую работу. Карьера за год выросла, он обзавелся неплохим автомобилем, на котором сейчас и мчал, и самое главное, ему одобрили ипотеку на двухкомнатную квартиру! Миша ехал сюрпризом, полагая новостями сразить и девушку, и бабушку. С Галиной Михайловной он лично знаком не был, но был наслышан о ее непростом характере, поэтому немного нервничал.

На дороге стояли небольшие лужи, чувствовалось, что день—два назад прошли грозовые майские дожди. Уже темнело, как вдруг его внимание привлекло что—то очень яркое, мелькающее между деревьями по мере движения. «Солнце уже село, что же это?». Но тут лес отступил, и в середине небольшой поляны сквозь наступающую темноту парень увидел дерево. Что—то странное происходило в его огромном стволе – он светился из трещин и дупел.

«Дуб! Горит изнутри, но не сдается!» – восхитился Миша. Он остановил машину и подошел ближе к дереву. Оно стояло одиноко, ветви широко раскинулись над лежащими ниц несколькими соснами, как будто стараясь прикрыть момент их смерти. «Представляю, что здесь творилось!» – подумал Миша. Он попытался глазами дотянуться до вершины дуба, но крона сливалась с темнотой неба, и только огненные пятна, как глаза, устрашающе сверкали. У парня закружилась голова, но он не мог оторваться от горящего, но не сдающегося дуба, так и стоял, не замечая времени. И когда дерево все—таки не устояло и стало падать, Миша протянул в его сторону руки, как бы стараясь облегчить момент падения.

По дороге он обдумывал судьбу дуба, неизвестно сколько десятилетий, а может и столетий, росшего на этой поляне, но не выстоявшего, сраженное молнией в самое сердце. Уже не такой радостный, он продолжил свой путь и уже ночью постучал в дверь любимой.