Веревка из песка

 – Как дела в институте?

– Полковник Лапин позволил себе позвонить мастеру, Захару.

– А твой Захар что?

– Уговорил самого лучшего адвоката меня защищать. А зачем защищать свидетеля? Да ладно об этом! Как вслед за О’Генри выразился Иван Александрович, поговорим о королях и капусте.

Они свернули и уже шли по Петровке к Садовому:

– Кто такой Иван Александрович?

– Олигарх, – кратко ответил Дима и огляделся. – Господи, опять этим маршрутом! Разворачиваемся, идем на Пушкинскую.

Они, нарушая, перебежали Петровку и, минуя Голицынскую больницу, на Страстной.

– Ты не спешишь? – спросила Ольга.

– Не спешу. В общагу неохота. К сочувствующим.

– Тогда давай ко мне. Папа-мама на даче цветочки сажают. Они как истинные русские интеллигенты страстно стремятся сродниться с землей-матушкой.

– И получается?

– Ни черта подобного. Клубника не плодоносит, цветочки вянут.

– Ну, допустим, один цветочек они вырастили. Тебя.

– Комплимент? – угрожающе спросила она.

– А что, нельзя?

– Валяй, если тебе так хочется. Мы идем или не идем?

– Мой Джек – чрезвычайно умная собака. Я его спрашиваю: Джек, ты идешь или не идешь? И Джек идет или не идет.

* * *

…Дима с неосознанным почтением бродил по старомосковской квартире. Удобные для неторопливых бесед уголки с немодными и восхитительными креслами в двух комнатах. В одной высокое бюро, в другой – письменный стол красного дерева. Обиталище родителей.

Комната Ольги, неожиданно аккуратная, с причудливой мебелью. Орех без дураков. Столовая с громадным буфетом и необъятным столом. И во всех комнатах – книги, книги. В шкафах, на стеллажах, на полках.

– Насмотрелся?! – крикнула из кухни Ольга. – Иди сюда!

Он послушался. На кухонном столе все в готовности: салат горкой, буженина тонкими ломтиками, хорошая рыбка пластами. И бутылочка «Гжелки», естественно.

– Садись, – приказала она.

– А я думал, что ты меня как дорогого гостя за большим столом потчевать будешь, – не скрывая огорчения, сказал Дима.

– Столовая понравилась?

– Мне все у вас нравится.

– Что ж, за столом, так за столом.

Чокаться – не дотянуться через неохватный стол. Ольга подняла рюмку и, глядя на нее, не на Диму, горячо произнесла:

– Все должно быть хорошо! Да будет так!

Дима согласился, потому выпили вместе. Закусывали. Поев, Дима откинулся на спинку стула.