Массажист. Рассказы и шутки

А мне именно не терпится написать про все эти интернетные встречи. А потом вдруг напечатают в каком-то журнале. А вдруг тот журнал прочтет кто-то из моих коллег-учителей или кто-то из супруговых знакомых, и скажут ему: «А вот, твоя жена такая-рассякая, все про себя пишет». Я знаю, что мой супруг абсолютно бы не одобрил всех подробностей в печати. Так, прошлой ночью, вместо того, чтобы спать перед утренней работой, я разразилась рассказом, который и предлагаю вашему вниманию.

Несколько дней назад, в пятницу (слава богу я дослужилась в Америке за четырнадцать лет до того, что могу себе позволить не работать по пятницам) ко мне приехала Олена, одна из моих самых уважаемых подруг.

Кстати, это про нее я в первой книге писала, что она де «несчастные гамбургеры жарит, обжигается». Олена сейчас учится на медика в экстренной медицинской помощи. Она замужем. Мы встречаемся редко, раз в два года, так как живем на расстоянии девяноста километров. Олена была моей студенткой десять лет назад. Тогда я вела начальный класс (начальный уровень английского) в колледже. Тогда же, однажды ко мне в класс пришли две студентки, мать и дочь, армянки. Дочь была очень симпатичная молодая девушка лет двадцати двух, мама же была чуть полноватая женщина, на вид около пятидесяти лет. Они сбежали из Армении в Германию в постсоветское время, пожили там три года, но Германия их не приютила, и тогда они правдами и неправдами через Красный Крест попали в Америку, вот в Калифорнию, в городишко, где нашли приют много русских и украинских религиозных беженцев.

Как-то раз, пару лет назад, я приезжала к Олене в гости, и делилась с ней своим разбитым сердцем: я была по уши влюблена в шерифа-художника в период моего трехлетнего безмужья и интернетных встреч. Олена же мне тогда сказала: «Что ты, Зойка, тут плачешь сидишь, хнычешь с каким-то шерифом. Вон посмотри на Ленку, помнишь, была у тебя в классе армянка? Так она не в твою рожу, вон разъезжает на „Ягуаре“, ни по кому не плачет: по ней мужики плачут. Стриптизерша она».

История с этой стриптизершой такая.

Во-первых, я не понимаю какие у нее отношения с родителями-армянами. Я знаю, что тут у нас есть армянский район Глендейл, это от меня миль двадцать по фривею. Там живет много армян из Ирана, из Армении – отовсюду. Как-то в бытность своего замужества с Майком, я помню, были мы вечером в одном двухэтажном ресторане где-то неподалеку от тех краев. Майкл там все знал, потому что в детстве где-то там жил поблизости и в школу ходил.