Анемоия

Не нужно при каждом удобном случае тыкать меня в это дерь… – он осекся на мгновение, переводя взгляд на многочисленное количество девушек рядом, и закончил:

– В это. Идет? А теперь перестань изображать из себя мамочку, и пошли работать!

Винсент посмотрел на друга, подозрительно улыбаясь, и зашагал следом.

Глава 2

Марсель. 2 года назад

На город надвигалась серая туча, должен был пойти дождь. Мужчина, который шел домой, снова не захватил с собой зонт. Оглядывая пустым взглядом прилавки, он обдумывал, как сообщить своей семье, что его уволили.

Очередное опоздание, похмелье, отталкивающий внешний вид и запах перегара на весь офис. Бернард и сам догадывался, что работать ему оставалось не так долго, но тем не менее, не предпринимал попыток что-то исправить.

Мужчина понимал, что после увольнения он не сможет выплачивать кредит за машину, не сможет оплачивать счета, и все финансовые проблемы лягут на плечи его жены, которая и без того выпила практически всю его кровь.

Бернард зашел в магазин за очередной бутылкой пива и направился домой. Дождь уже начинал накрапывать и стучать по крышам домов, когда он свернул на свою улицу и остановился перед входом в дом. Он всей душой желал умереть прямо тут, на пороге собственного дома, только бы не слушать вопли своей супруги и не видеть разочарованный и отстраненный взгляд дочери, с которой они отдалились настолько, что теперь Бернард сомневался в том, что когда-нибудь они смогут сесть и поговорить по душам.

Но мужчина считал, что никогда не поздно начинать что-то менять и по пути купил книгу Николаса Спаркса «Дорогой Джон». Он знал, что его дочь любит читать и ей наверняка понравится этот роман.

Николь была на работе, а Вирджиния сидела в своей комнате. Все как обычно. Отца уже давно никто не встречает у двери и не обнимает после рабочего дня, как это было еще несколько лет назад. Он скучал по тем временам, когда дочь ждала его с работы и бежала с распростертыми объятиями с кухни, с которой доносился аромат вкусного ужина, приготовленный его любимой Николь.

Ви одним прыжком бросалась в охапку отца и прижималась к нему так, словно его не было дома целую вечность. Жена подходила следом и чмокала его в щеку, даря свою теплую улыбку. Все это осталось в воспоминании Бернарда, он понимал, что больше такому не суждено случиться.

Бернард снял обувь и прошел к двери, которая вела в комнату Вирджинии.