Дорогой, Я - Чудовище

Наступил мой личный Ад.

***

Что такое имя? И кому или чему мы его дарим? У всего есть своё имя. Красивое или не очень, со смыслом, а может, и нет, но главное — оно есть. Называя имя, мы сразу понимаем, о чём или о ком идёт речь. Сразу имеем представление. Даже если начальная составляющая того, чему мы дали в процессе имя, — одно и то же.

К примеру, у нас было дерево. Мы спилили это дерево и сделали из него стол. Но что-то пошло не так. Возможно, стол сломался, а может, он просто разонравился, и мы переделали его.

Из оставшейся древесины стола мы сделали стул. Был «стол» — стал «стул». Разные имена, разные значения.

Так получается, что имя — это свойство, которым мы обозначаем что-то? Или особенность этого чего-то? А что будет с людьми? Как быть с ними? Как понять, кому мы даём имя? Свойству? Или особенности? Вот родился человек, и ему подарили имя.

Кто или что получило имя? Тело или душа? Если в тело посадить чужую душу, то каким именем ему стоит зваться? Именем тела или всё же души? Наверное, именем души.

Но в таком случае тело без души не может зваться привычным именем? Или душе необходимо понять имя тела, в которой она оказалась?

Как быть, если свойства и особенности перемешались? Стоит ли в принципе назваться третьим именем и начать жизнь сызнова?

Я не знаю… Но именно меня эти вопросы начали сильно беспокоить. Ведь сейчас я находилась в библиотеке с бесконечным количеством книг, но смотрела только на одну — книгу под названием «Демет Блэр».

Прекрасно понимала, что это шанс прочесть о Демет и узнать о ней многое.

Но был риск. Естественно, он везде есть. Если я узнаю о жизни прошлой Демет, то смогу ли я сохранить своё нынешнее «Я»? Или изменю свой образ мышления под гнётом воспоминаний, став той самой Демет, которую все ненавидят?

Я осознавала, что с телом в реальности происходит нечто ужасное. Запах гари распространялся отовсюду, но в каком-то смысле я сохраняла спокойствие. Не потому что мне не было страшно или я не испытывала боли. Всё наоборот.

Мне было больно и очень страшно, но при этом я осознавала, что ничем помочь себе не могу. Разве что могла начать читать хоть что-то…

И удивительно, что тот момент каждая книга задрожала, требуя моего внимания. От этого в библиотеке стоял грохот. Какие-то книги начали падать, другие прыгали на месте, но ни одно имя я так и не узнала.

Что же спросил у меня этот садист? Кто он? Хах! Хотела бы я это знать…

Но одна книга выделялась среди остальных.

Хм? Снова она.