Стеклянный ангел

– Ниночка, – обратилась она к полненькой женщине, стоявшей на стремянке, – завтра привезут мебель: диван, стол со стульями, шкаф. Проследите, пожалуйста, чтобы все расставили. Лукич выдаст занавески и люстру, пусть Сергей все повесит.

– Конечно, Вера Алексеевна, прослежу, не беспокойтесь. Все будет сделано, как надо.

– Спасибо, девочки. В этом году выделяю премию особенно активным работникам, вас обеих уже внесла в список.

– Спасибо, Вера Алексеевна, вот, кстати, к праздникам! – заулыбались женщины.

– Ну, я пошла, мои хорошие, дел еще невпроворот.

– Тут Марьяша снова приходила, – негромко сказала полненькая Нина.

– Правда? – Вера Алексеевна подошла к женщине ближе. – Наверное, вещи забирала?

– Да, она оставляла тут кое-что у соседей. К нам заглянула, жаловалась опять. Говорит, жить теперь негде.

– Ну как это негде? Это неправда! Тетка у нее одна в трехкомнатной, это всем известно! – возмутилась Вера Алексеевна.

 – Она и так долго прожила здесь, больше пяти лет. Ведь это жилье только для новичков, для тех, кого приглашаем на работу, и кому на первых порах действительно жить негде. Марьяше давно уже пора за ум взяться. Что ж теперь ходить жаловаться? Выставляет меня на каждом углу злодейкой какой-то. Забыла уже, как я ее приняла без опыта работы, сразу после института, жильем обеспечила. Оклад приличный назначила. Ах, да ну это все! Не хочу об этом – давление опять подскочит. Прощайте, девочки, некогда мне, дел еще выше крыши.

Вера Алексеевна вышла во двор, постояла немного на крыльце, пытаясь успокоиться. Разговор о Марьяше расстроил ее. Она не любила быть несправедливой, и сейчас у нее кошки скребли на душе. Ей было жалко Марью Васильевну, которую все называли Марьяшей, – толковую молодую воспитательницу, но по-другому она поступить не могла.

Интересы детского дома были превыше всего. Комната нужна была для человека, на которого Вера Алексеевна возлагала большие надежды.

Месяц назад ее пригласили на конференцию в Москву. Она взяла билет в комфортабельное двухместное купе – она не экономила на дороге, по сути это была единственная возможность отдохнуть. Шел одиннадцатый час ночи, она переоделась, улеглась с книжкой, мечтая о том, что сейчас немного почитает, а потом уснет под мерный успокаивающий стук колес.

И тут в купе вошел мужчина.