Моя любимая кукла

Эдварда это несильно успокоило.

– Тут есть мальчики! Они могут помочь тебе! – радостно сказала Валери.

Эдвард облегченно выдохнул. Какое счастье, что Валери не приказала братцу их укокошить!

Дядя вновь занял свое место. Он поглядел на мальчиков и перевел взгляд на матрац. Ребята пригляделись и заметили, что под ним что-то лежало. Дядюшка кое-как приподнял его, а ребята вытащили гигантскую картину. На ней были изображены братья и сестры Сэмюеля и он сам. Отец семейства не успел завершить картину, ведь тогда тяжёлая хворь свалила все семейство.

Ребята поставили картину, а дядя, подняв с пола пару баночек с гуашью, подошёл к Стефану и с жалостливым видом протянул.

Стефан онемевшей рукой взял баночки, а дядя вновь спрятался за картонную девочку.

– Разукрась меня, пожалуйста! – пропищал он.

Стефан вдруг почувствовал сильное головокружение и шум в ушах.

Откуда ни возьмись, послышался голос мамы, и он нарастал. Погреб завертелся и вместе с ним все, что в нем находилось: баночки с краской, кисточки, бутылки, даже матрац, картина и картонная девочка.

Вокруг бушевал смерч, а Стефан стоял в самом центре и как бы плотно ни закрывал уши ладонями, все равно четко и громко слышал мольбы Валери:

– Разукрась меня! Разукрась меня!

Постепенно ураган стихал, и Стефан слышал лишь собственное бормотание:

– Валери не призрак, она всего лишь незавершенная картина…

Потом откуда-то очень ясно он услышал слова Эдварда:

– Но почему именно ты об этом догадался? Стёпа?

Потом исчез погреб и картина с серой Валери.

Он проснулся и открыл глаза.

– Стёпа! – в дверь стучала мама. – Сынок, я уже полчаса тебя разбудить не могу! Ты проспал завтрак! К тебе Эдя пришел!

Стёпа так и подскочил в кровати. Он пошарил под подушкой и вытащил обломки фигурки-свистульки, поглядел на них и завопил от восторга: великолепная идея пришла ему в голову!

Он выбежал из комнаты встречать друга. Тот, поникший, стоял на пороге и с печалью на лице виновато произнес:

– Стёп, прости.

Я вел себя как идиот.

– А я как псих. Ты тоже прости. И ты был прав! Я кое-что придумал! – С воодушевлением выпалил Стёпа.

– Что это вы там опять задумали? – мимо прошла Линда, таща корзину грязного белья.

– Ничего особенного, сестрёнка! – отозвался Стёпа.

– Это наши личные дела! – нахмурив брови, низким басом прогремел Эдя, встав в позу отважного рыцаря.

– О-о-о! Ну, не буду мешать.

Линда удалилась.

– Так что стряслось?! – спросил Эдя.