Исповедь Сатаны

Томи-Галл понял, что каждый раз, прежде чем к нему обращаться с целью что-то получить, необходимо всё тщательно обосновать. Всё подгонять к одному единственному варианту, который их устраивает.

Немного поразмыслив, Вепр нарушил молчание:

– Джонни не может постоянно скрываться. Его необходимо приодеть соответствующе, – предложив, он внимательно посмотрел в сторону тротуара, где на светофоре высокий мужчина в чёрном длинном плаще ждал зелёного света.

Такая забота могла означать одно – для них уготовлена особая миссия.

И это входит в планы Вепра. Страха больше не было, не было и беспокойства. Одно любопытство. Зачем они ему нужны? Они всего лишь пленники, у которых всё отобрали. Всё, чем они владеют – это их собственные жизни.

Вепр сошёл первым, оставив, всем троим приглашение, зайти к нему в гости. И этим вновь подчеркнул, что они для него не пленники. Такое отношение радовало. Находиться рядом с ним спокойнее, нежели быть наедине с Луури. Томи-Галл больше никого не знал в этом измерении, кроме подруги, которую прилетел спасать и заклятого врага, от которого раньше предпочитал держаться на галактическом расстоянии.

Экипажу выделили две большие комнаты в гостинице, недалеко от резиденции Вепра. Джонни деликатно последовал в свою комнату. Томи-Галл не хотел вести с Луури какие-либо разговоры и был бы рад, если бы сейчас она покинула их и зашла бы за ними вечером. Но Луури, выпустив пар, хотела объясниться.

– Я знаю, ты шокирован моим отношением, – она ждала его реакции.

Ей хотелось, чтобы он накинулся на неё с упрёками; так ей было бы легче общаться. Но бывший напарник вёл себя так, словно ничего не произошло.

– Всё нормально, Луури.

– Нет, ничего ненормально… Больше нет той Луури, которую ты знал, – её тон был обвинительным. Как будто это он виноват в её нынешнем положении, а не наоборот.

Томи-Галл понимал, что за этой неоправданной жёсткостью пряталась её собственная вина.

– Как видишь, и здесь можно жить.

Я замедлила темп жизни, научилась смотреть на эту планету по-новому. Мне здесь хорошо.

– Я рад за тебя. Знал бы заранее…

– И что? Не прилетел бы?

– Я наивно полагал, что ты здесь страдаешь каждую минуту. Знал бы, что ты прижилась, не стал бы отвлекать от размеренной жизни.

– Ах, вот мы какие? – её кокетливое замечание было не уместным.

– Какие есть, – сказал он и развёл руками.

Разговор не получался.