Верь своему ангелу

Неужели здесь образцы только одного завода, думает Макаров, или это собрано со всей Франции? В винах он разбирается слабо, его взгляд уже переносится к противоположной стене, увешанной фотографиями. На них, очевидно, важные моменты из заводской жизни: групповые и одиночные снимки представительных лиц, кое-где даже во фраках и с орденами; банкетный зал, где, видимо, какой-то юбилей. Фотографий тоже много, как и бутылок, и они ему скоро наскучили. Клерк смотрит неодобрительно на его расхаживания, по его понятиям посетитель ведет себя недостойно по отношению к такому солидному учреждению.

А, начхать, решает поручик, был бы чуть повежливей, я б сидел и не шастал по приемной. Парень готовит кофе, приятный запах заполнил большую комнату. Он тоже с удовольствием выпил бы чашечку, но от этого невежды ясно такого не дождешься. Вдруг Владимир увидел фотографию, которая совершенно не подходила к торжественным фрачно-костюмным снимкам. Она выглядела даже нелепо: мальчик и девочка, сидящие на лошадях на фоне какого-то старинного здания и кусочка моря. На мальчике нет ничего, кроме шортов, а девочка в куценьком ситцевом платьице. Действительно, очень скромно среди фото солидных напыщенных буржуа. Он сделал еще один шаг, чтобы лучше рассмотреть столь странный снимок, и вдруг его сознание получило удар такой силы, что едва устоял на ногах: он узнал и мальчика, и девочку. Мальчик, а это был он сам в юном возрасте, протягивал девочке букет ромашек, а она смеялась, запрокинув голову. Он тоже смеялся и показывал на вывеску над головой лошади. Надпись на ней – отель Бо Риваж, и кусочек моря подтверждали, что снимок сделан в Евпатории. Себя теперь он точно узнал, но о девочке даже боялся подумать, так как запретил себе это навсегда. Мимо проплыл секретарь с подносом, но он остался не замечен Владимиром, для которого сейчас исчезло все: и кофе, и вестибюль, и Геридас. Он даже забыл, где он находится. Клерк открыл дверь, протиснулся внутрь и, опасаясь действий странного клиента, еще чего доброго вломится следом, попытался закрыть ее ногой. Это у него не получилось, дверь осталась на месте, а из кабинета уже прозвучало довольно сердитым тоном: «Ну что ты там возишься, Марат?! Оставь дверь в покое, я заждалась уже …» Поручик двинулся на этот голос, совершенно не отдавая отчета в своих действиях. Он уже на пороге, его рука вытянута навстречу голосу, а голова повернута в обратную сторону, глаза все еще не могут оторваться от снимка, он силится связать голос с изображением.