Всему свое время

Через несколько минут они сидели за столом, на котором уже стоял самовар.

– Дело у меня к вам чрезвычайно интересное, – сообщил собеседникам граф, – судя по полученному мною сообщению вскорости к нашему берегу прибьется некая любопытная личность. Это Генри Слэйдерс, – Мамуна заглянул в лежащую перед ним бумагу, – бакалавр философии, как сообщает газета «Гардиан», окончил Оксфорд, член английского парламента, но парламент уже в прошлом. В настоящее время занимается политикой, для чего разъезжает по всему миру в сопровождении представителей печати и читает публичные лекции.

– И на какую тему эти лекции? – поинтересовался Георг.

– Тема самая возвышенная. Роль Англии в мировом прогрессе. Но там есть и подтема. Все дело в том, что данный Слэйдерс – ученик и последователь Джона Пальмерстона, того самого, чье имя, прямо скажем, не просто неприятно для слуха русского человека – многим оно ненавистно. Но лорда Пальмерстона давно уже нет на этом свете, если я не ошибаюсь, он покинул его в 1865 году, будучи премьер-министром.

Поэтому ему, мертвому, можно простить и забыть его навязчивую ненависть к России, проявившуюся в кровопролитной Крымской войне. Но вот его последователи рыскают сегодня по белу свету, выискивая неизвестно каких дивидендов от этой самой войны. Они преподносят ее как некое благодеяние со стороны Англии в отношении ее участников, в первую очередь для России. Якобы именно война привела нас к такому прогрессу, каковой сейчас и наблюдается. И даже не сама война, а поражение в ней. Что вы на это скажете, Иван Дмитриевич?

Профессор сидел, отодвинув в сторону чай; его круглое лицо, обрамленное венчиком седых волос и широкой бородой, вместо обычного добродушия имело суровое выражение.

Его серые глаза смотрели на градоначальника даже с оттенком гнева, как будто вместо него перед ним сидели сам Слэйдерс с Пальмерстоном вместе.

– Пока ничего, продолжайте. А, кстати, перед кем он выступает? – спросил профессор.

– Аудиторию для него собирают из числа студентов, мелких служащих, торговцев и праздношатающихся.

Занимаются этим круги, имеющие власть, если судить по тому, что студента, выступившего против бакалавра, полицейские тотчас силой выволокли из зала.

– А в каких городах он выступает? В Париже, например, был? – снова уточнил ученый.

– Париж он объехал стороной. – Мамуна заглянул в бумагу. – Вот его маршрут: Брюссель, Берлин, Прага, Вена, Рим. Сейчас он в Афинах, впереди Стамбул, но он его, наверняка, тоже пропустит, как и Париж.