Москва 1812 года глазами русских и французов

В день коронации[32 - 15-го сентября отмечался день коронации Александра I.] у Никиты Мученика и в двух других церквах была служба и по позволению начальства благовестили. Стечение народа было чрезвычайное, но как по расхищению книг, сосудов, по недостатку просвир и вина нельзя было служить обедни, то были токмо часы с водосвятием.

В Церкви Спаса, что в Рогожской, протопоп вышел к Французам с крестом и сказал им по-французски: «Prenez tout notre avoir, mais respectez le temple de Dieu!…»[33 - Возьмите все наше имущество, но сохраните уважение к храму Божьему.

]. Он хотел продолжать, но пал, изрубленный руками злодеев.

Ту же участь имели два попа в Андроньеве монастыре: они сделались жертвою своего усердия ко храму Всевышнего, их разрубили в куски, а монастырь был сожжен[34 - Оккупанты разорили собор Спасо-Андроникова монастыря, а затем подожгли его. Были также осквернены иконостас и мощи прп. Андроника и Саввы, разграблена монастырская ризница.

].

Сыщик Яковлев, разъезжавший в последние дни с афишами, приглашавшими всех жителей окрестностей Москвы идти туда на подкрепление армии с вилами, косами, топорами и пр., прибыл на кожевенный большой завод и, смотря на здание и магазины, сказал: «Вот и это надобно бы покрыть красною краскою». – «Что это значит?» – спросили у него. – «А то, что надобно это сжечь». – «Как! – отвечал ему достойный надзиратель, Филипп Михайлович… – мне препоручено это хранить, а я сожгу?!.

. Поднимется ли чья рука жжечь первый в России кожевенный завод? Знаешь ли ты, г-н сыщик, что у меня тут добра на полтора миллиона, что я должен это доставить в армию и что мы все скорее умрем здесь, нежели отдадим солдатское добро? – А ты изволь отсюда убираться, а то мы тебя выколотим палками за твои речи».

3. Донесение аптекаря Нордберга

Господам начальникам войска его императорского величества государя императора Всероссийского, расположенным по Владимирской дороге и в самом городе Владимире.

Проводя жену и детей моих в безопасность от огня и неистовства врага нашего, коим подвержена была Москва с 13-го по 17-е число, возвратился в Москву и готов жертвовать Государю и отечеству жизнию.

15-го числа. Рекогносцировал я положение неприятеля внутри и вне города, поелику то сделать можно без подозрения и опасности.