В первых рядах партера

И все же взял ручку, стал по школьной привычке макать перо в чернильницу, забывая отряхнуть его от лишних чернил.

Платон утверждал, что «тот, кто рассказывает истории, управляет обществом». Такой задачи перед собой я не ставил. Тем не менее, следуя мысли Платона, рассказчики истории помогают лучше понять самих рассказчиков и общество.

Повествование мое вобрало в себя множество линий и сюжетов, превращаясь в историю жизни. Подобно симфонии, оно содержит несколько частей – разных по стилю и эмоциональности.

Написанное переделывалось не единожды, добавлялись многочисленные вставки. Убедился в том, как сложно придать соответствующую форму обилию фактов и сведений. Терзался, когда удачную мысль долго не мог воплотить в точную фразу. Я не просто писал книгу, а многие месяцы жил в ней.

Невиданные возможности для встреч и общения с интересными людьми предоставили деятельность в комсомоле и на дипломатическом поприще, пребывание на высоких должностях. Это был удивительный способ самообразования.

В текст намеренно включил множество имен людей, с которыми вместе работал и которым многим обязан[8 - При этом исходил и из того, что человек – существо, радующееся тому, что жизнь его и деяния кем-то замечены и не пройдут бесследно.]. Это, возможно, утяжелило повествование, но еще более я корил бы свою совесть, не вспомнив прекрасных наставников, соратников, друзей. Пусть простят те, кого не упомянул, и им мой привет и благодарность.

Я, конечно, понимал, насколько сложно говорить о времени и о себе.

Возник и нравственный вопрос: как писать книгу о своей жизни, не затрагивая острых вопросов?

Хотелось рассказать о чувствах, связанных с близкими людьми, о взаимоотношениях с ними, о неизбывном чувстве благодарности. Частично удалось это сделать в книге «Моя дипслужба», вышедшей осенью 2009 года, – о времени загранработы в Индии, Непале и Пакистане. Рад, что она получила добрый отклик.

Не знаю более квалифицированной школы служения государству, чем дипломатия.

Долгие разлуки с родными и близкими были нелегки, но многое вознаграждалось впечатлениями от интересной работы и знакомством с иными странами, их народами, традициями и обычаями.

К продолжению воспоминаний подтолкнул и тот факт, что почти никто из тех 15 человек, кто в 1920–1991 годах был Первым секретарем ЦК Компартии республики, то есть возглавлял Азербайджанскую ССР, не оставил памятных записей. Я был четырнадцатым (см. Приложение).