Кавказ. Выпуск XXIII. Родословное древо тюрков

От Адама до настоящего времени, хотя написано столько летописей, что число их один только Бог знает, но ни один государь, ни один эмир, ни один умный правитель сам не писал о себе истории: так, если я взялся за дело, за которое не брался никто из нашего дома, по своему равнодушию к такому труду, никто из жителей Хорезма[35 - Хоре?зм (узб. Xorazm, перс. ???????) – область Средней Азии, с центром в низовьях реки Амударьи. Здесь зародились культуры развитого ирригационного земледелия, ремесла и торговли, здесь же проходил Великий шелковый путь.

С конца III века н. э. столицей Хорезма был город Кят, в конце X века столица переносится в город Ургенч в связи с изменением ирригационной системы. Археологические раскопки фиксируют на территории древнего Хорезма существование неолитической кельтеминарской культуры древних рыболовов и охотников (IV–III тыс. до н. э.). Древний Хорезм имел культурные и торговые контакты не только с Китаем и Индией, но и с Кавказом, в частности с развитыми регионами Закавказья (Колхидская культура и др. ), что подтверждается археологическими исследованиями на Кавказе и в Средней Азии (Толстов С.П. По следам древнехорезмийской цивилизации. М.; Л.: Изд. АН СССР, 1948).], по своей неспособности к нему, то не подумайте, что, при такой крайности, мной сказано что-либо ложное, или я хотел скрыть свои ошибки. Меня, убогого, Всевышний Господь, по своей милости, наделил многим, именно, он даровал мне три рода знаний: первый – предводительствовать войском, издавать законы, знать судопроизводство, выступать в походы с конницей и с пехотой, вести войну при многочисленном войске и при малом войске, вести переговоры с друзьями и врагами; второй – уметь составлять всех форм стихотворные сочинения: месневи, касилы, газели, мюктааты, рубаи, знать языки арабский, персидский, тюркский; третий – знать мелкие и важные события в истории государей, бывших в Арабистане, Иране, Туране и Монголии, их имена, время их жизни и государственные их дела. Конечно, было бы ложью, если бы я сказал, что ни в Иране, ни в Индостане не найдется человека, искусного, как я, смиренный, в изобретении и составлении поэтических произведений; но в настоящее время и между мусульманами, и между неверными в странах и государствах, которые я видел или о которых слышал, нет отличного в знании военном; правда, земля пространна: неудивительно, если есть в странах, о которых я не слышал. Итак, не оставляя своего намерения, я в 1074 году (1663,4 – по P. X.