Созвездие Летающих Псов

Этим чудом была непоказная способность друзей-коллег разделить беду, усиленная переживаниями за своих подопечных.

На следующий день Королёв написал жене:

«Настроение у меня среднее, т. к., хотя у нас всё отлично, но у наших напарников получился прорыв, и мы вчера снова потеряли двух собачек.

Так ужасно жалко, ты даже и представить себе не можешь. Как будто мы потеряли живого человека. Вот от этого и настроение приниженное и невесёлое».

Мало кто мог поверить, что эти полные искренней боли слова принадлежат человеку суровому, строгому, отличавшемуся порой жёсткой непримиримостью…

…Как ни дорого время, но приезжая на полигон, Королёв обязательно заглянет в виварий.

Непременно встретит здесь Екатерину Петрову или Евдокию Попову – самоотверженных докторов-биологов, разве что на время сна оставлявших без присмотра своих беспокойных пациентов. Обязательно спросит их о здоровье собак и поспешит дальше мимо пёсьих квартир – больших решётчатых клеток на высоких металлических ножках.

С удовлетворением отметил: на деревянном полу свежая солома, сено, тонкая древесная стружка. Улыбнулся, увидев таблички с именами хвостатых хозяев дома. Внизу, на выгоревшей траве – две миски для воды. Улыбка сменяется жёстким, чуть ли не свирепым выражением лица. Обе миски пусты. Солдат, стоявший у клетки, тоже меняется в лице. Вольеры, как и всё на полигоне – территории высшей секретности, охраняли солдаты. Они же следили за тем, чтобы у собак всегда была вода.

Солдат знает эту свою обязанность. Да оплошал – поленился тащиться по жаре за канистрами. Августовское солнце распалило воздух далеко за тридцать градусов. Собаки страдают от жажды. Пьют непрерывно. Королёв приказывает посадить солдата на гауптвахту, а на его место поставить человека, который любит собак.

Ключевое слово здесь – любит. А как иначе назвать трепетное отношение этих сильных, умных людей к малым и слабым, которых они взяли под свою ответственность и, конечно, болели душой от того, что приходилось причинять им боль.

Переживали, когда они гибли. А собаки с их невероятной доверчивостью готовы были простить всё: и злые уколы, и даже то, что лучший друг принуждал их, совершенно земных существ, долгие минуты болтаться между небом и землёй на стропах парашюта.

Вся эта армия четвероногих и каждый в отдельности – весёлый, смешной, сердитый, задумчивый, ласковый – все они были не просто милыми существами.