Два романа: Прощай и будь любима. Маргарита: утраты и обретения

Надо только уговорить маму, и…

Было жарко. Мать задумчиво помахивала веером.

Вероника Георгиевна выслушала Тину, и на лице ее мелькнула презрительная гримаса:

– Туристы… Лагерь, ночлеги, поход… Все условия для того, чтобы… Что? Он – порядочный человек? Хм? Негодяй, болтун!.. Если ты решила – ты же тихая упрямица! – то хотя бы учти: в отношениях между мужчиной и женщиной все зависит от женщины.

– Ты так говоришь со мной, мама, словно мне пятнадцать лет… И потом, мне нравится совсем другой человек.

– Какой еще человек? – снисходительно спросила мадам, отложила веер и удалилась, оставляя за собой аромат «Красной Москвы».

«Ей даже нет дела до этого человека!» – возмутилась Тина и окончательно решила: в горы, с Виктором! Слышала, что Сашин курс опять отправляют на военные сборы, так что… Почему бы не испытать себя? Когда еще она туда попадет? А что касается маминых увещеваний насчет мужской порядочности, то ведь она сама говорила: все зависит от женщины, а Валино сердце спокойно, даже прохладно к Виктору, и значит – она все решает…

Саша встретил ее перед отъездом и спросил:

– Не признаетесь ли, мадемуазель, в каком направлении держите путь?

– Признаюсь: по Военно-Грузинской дороге, Орджоникидзе – Мцхета – Тбилиси.

– И что, уже через два дня?

– Через три.

Он отвел взгляд в сторону, сощурился, словно что-то подсчитывая, и небрежно заметил:

– А мы уезжаем ранним утром, завтра. Так что – ауфвидерзеен?

Она готова была броситься ему на шею, но только сдвинула темные брови:

– Счастливого пути!

– У нас путь будет походный, а вот у вас со «всесоюзным старостой» – наверное, счастливый.

Уже готово спортивное снаряжение! Сатиновые черные шаровары, мужская футболка (женских маек тогда не было), тапочки, рюкзак из защитной ткани. Шаровары Тина положила в рюкзак, надела юбку из тяжелого трикотажа, кофточку-японку и чулки в резинку на неудобном поясе.

Водрузив на голову войлочную шляпу, вышла из дома и отправилась к Каланчёвке, где ее ждал Виктор.

Благополучно добрались до Дзауджикау, то есть Орджоникидзе. Но там узнали, что Терек вышел из берегов, в горах обвалы и Военно-Грузинская дорога перекрыта. Местный чернявый инструктор объявил:

– Автобус ехать нельзя. Кто хочет – на поезде через Баку, кто не боится – со мной пешком через перевал, я буду вести. Это сложно, альпинизм.

Смельчаков набралось человек десять. Двинулись к ущелью Терека под мелким дождиком, в сторону Ларса.